– Я тебя понимаю. Ты больше не знаешь, чему верить. У Лэндри была возможность обсудить это с тобой, но он предпочел умолчать о своих отношениях, тем самым разрушив твое доверие к нему. Хотя в первую очередь должен был быть преданным тебе. Родной крови. А не группе. И уж точно не Дину.
Именно так и вышло. Броуди понимал, к чему я клоню, и не пытался приуменьшить мои чувства, за что я была ему безумно благодарна. Я подняла бокал мохито.
– Давай поднимем тост.
Он поднял бутылку пива и вскинул бровь, ожидая услышать, за что мы будем пить.
– За честность. Давай всегда будем открыты и откровенны друг с другом. Никаких секретов, никакой лжи. – Я повернулась на стуле, чтобы лучше видеть его лицо. Он смотрел прямо перед собой, не на меня. Тень от пламени свечи падала на его лицо. – Броуди?
– Да? – Он повернул голову, и его взгляд скользнул по моему лицу, что-то ища, хотя я не знала, что именно. Броуди открыл рот, собираясь что-то сказать, но тут же закрыл его снова.
– Может, уже выпьем за это?
Замешкавшись, он заглянул мне в глаза, а затем кивнул.
– Конечно.
Наверное, я должна была заметить нерешительность и беспокойство на его лице. Но я этого не заметила. Он чокнулся своей бутылкой с моим бокалом, и мы оба выпили за честность. Никаких секретов, никакой лжи, никакой скрытой информации. Во время моей поездки в Техас мы многим поделились друг с другом. Я рассказала ему о Ретте Холлоуэе и деньгах, которые дала ему на открытие бара, и о том, что с тех пор ничего о нем не слышала. Броуди заявил, что Ретт не заслуживает называться отцом и на моем месте он не дал бы ему ни гроша. Именно тогда я поняла, что Броуди умел таить обиду и не так-то легко прощал.
Когда он попытался разузнать побольше о Дине и спросил, не подвергалась ли я насилию, я дала ему честный ответ. Я рассказала ему не все подробности отношений с Дином, но достаточно для минимального представления. Алкоголь и наркотики пропитали их, и к моменту расставания я пребывала в ужаснейшем состоянии. Но встреча с Броуди возродила веру в мужчин. Он помог увидеть, что на свете есть достойные мужчины: честные, преданные и сильные, которым вовсе не нужно тебя контролировать.
Я не желала больше тратить время на размышления о Лэндри, Дине или Ретте. Возможно, к концу тура я найду способ поговорить с братом, и мы все выясним. Но сегодня я хотела посвятить все внимание Броуди.
– Давай потанцуем.
– Ты хочешь потанцевать?
– Боишься? Неужели тустеп – предел твоего танцевального мастерства? – поддразнила я.
Он одарил меня очаровательной улыбкой Броуди Маккалистера, оскалив белые зубы, отчего вокруг глаз появились морщинки.
– Я разносторонне одаренный мужчина, малышка.
– Докажи это.
И ему не составило труда сделать это. Броуди повел, а я следовала за ним: наши тела двигались синхронно, в такт сексуальному, чувственному ритму. Он положил одну руку мне на поясницу, а другой сжимал мою ягодицу. Глядя друг другу в глаза, мы танцевали в маленьком клубе в Майами. И все в наших отношениях казалось идеальным.
Мне было слишком хорошо с Броуди, что даже не верилось.
– Как думаешь, возможно ли, что у нас все получится? – спросила я.
Без колебаний он ответил:
– У нас уже все получилось.
Я нашла свою единственную настоящую любовь и собиралась доказать всем, что они не правы. Ничто не сможет разлучить нас с Броуди.
В пятницу утром у меня появилось несколько часов для себя. Ранее Шайло пригласили на утреннее радио-шоу, а после у нее было интервью. Так что я не планировал проводить утро в гостиничном номере. Здесь все, в прямом смысле
Позанимавшись в тренажерном зале отеля, я принял душ в номере и вышел из него, пройдя мимо бассейна с белыми кабинками для переодевания и нескольких женщин, похожих на манекенщиц. Я даже не оглянулся в их сторону. Я зашел в ближайшую кофейню, другими словами, пристанище для хипстеров, как и большинство мест на Саут-Бич, и заказал большой стаканчик кофе и буррито на завтрак, а затем отнес их к столику на тротуаре.
После трапезы я откинулся на стул с кофе в руках и позвонил Гленну, чтобы спросить, как идут дела на ранчо. Шайло не предусмотрела, что, предоставив мне некоммерческую помощь в спасении лошадей, фактически лишила меня и без того ограниченного свободного времени. Требовалось чертовски много труда и ресурсов для управления коневодческим ранчо такого размера, и даже после трех дней отдыха было сложно нагнать работу.
– Джуд и его приятель Томми зайдут позже, – поведал Гленн.
Я прищурился.
– Для чего?
– Они вроде как набрали добровольцев.
– Какого черта Джуд притащил их туда, когда меня нет рядом?
– Не могу отвечать за него. Лучше спроси его сам.
Я вздохнул.
– Все остальное в порядке?
