– Нет, это краска, – объясняю я, – в ней полно летучих органических веществ – главной причины рака. – Понимаю, что продавцы предпочитают тратить деньги на краску, которая никак не дружит с окружающей средой. Та стоит лишних пятнадцать долларов за банку.
Кейли глазеет на меня с тем же выражением, что и Джек, когда я ворочу нос от обычных фруктов или нефильтрованной воды.
– Пойду за ноутбуком, – решает она. Следующие сорок пять минут Кейли просвещает меня на предмет преимуществ и недостатков семи различных сайтов знакомств, которыми она раньше пользовалась.
– Семь? Как получилось, что ты до сих пор одна?
– Я разборчива, – парирует она.
Я фыркаю, но, видя ее взгляд, воздерживаюсь от перечисления долгого списка парней из колледжа, в отношении которых она решительно не была так разборчива.
Мы останавливаемся на Checkmate.com, где потенциальные подписчики должны пройти проверку, прежде чем им позволят присоединиться к сайту, а также на Loveforlife.com, который гарантирует, что если за шесть месяцев вы не найдете подходящего человека, вам вернут деньги. Я интересуюсь у Кейли, просила ли она о возмещении, поскольку, очевидно, никого не нашла. Она отвечает, что отказалась от подписки через месяц, потому что парень, с которым она познакомилась, стал ее преследовать.
– Крейзи Майк? – спрашивают я.
Она качает головой:
– Уэйрд Кэл.
– Ты встретила Уэйрда Кэла онлайн?
Я потрясена, потому что так давно знакома с Кейли и всегда считала, что знаю о ней все на свете. И такая скрытность на нее не похожа.
– Я понятия не имела.
– Я ничего не скрывала. Просто встречалась с ним недостаточно долго, чтобы поделиться с тобой всеми грязными подробностями.
В конце концов мы идем на Checkmate, поскольку я считаю, что будущая жена Джека достаточно осторожна, назначая встречи незнакомцам онлайн. Лично я была бы очень осторожна.
– Ок, мы зарегистрированы, – говорит Кейли, отдавая мне кредитку.
– Супер. Первый вопрос?
Кейли смотрит на экран. Я жду. Должно быть, Интернет у нее медленный.
Проходит тридцать секунд.
– Кейли!
– Э…
Она поворачивает монитор ко мне.
Одинокий/ая
Разведенный/ая
Живете отдельно
Вдовец/вдова
Слово «вдовец» прыгает на меня с экрана и вонзается в живот.
Вдовцы должны быть сгорбленными, с мохнатыми бровями и волосами в носу. Носят кардиганы в духе «мистер Роджерс» и туфли с толстыми резиновыми подошвами, и пахнет от них вареной курицей. У вдовцов не должно быть густых каштановых волос и твердых кубиков в области живота под хлопчатой майкой. Они не должны пахнуть летней травой после дождя.
Я смотрю на Кейли и вижу, что на ресницах повисают слезы.
– Прости, – шепчет она, поднося руку ко рту. – Меня как ударило…
– Все в порядке, – говорю я, стараясь не коснуться ее. Зная, что от любого прикосновения нас окончательно развезет.
– Я постоянно получаю такие удары.
Я хватаюсь за край экрана и придвигаю компьютер поближе. Провожу пальцем по коврику мышки, кликаю «вдовец» и иду дальше.
Около шести вечера я сворачиваю на нашу подъездную дорожку. Но вместо того, чтобы побыстрее добраться до конца бетонных плит, судорожно нажимаю на тормоз, отчего едва не ударяюсь носом о приборную панель.
Но я почти ничего не замечаю, потому что уставилась на переднюю клумбу, широко раскрыв рот, куда непременно должна влететь муха. Моя клумба! На ней цветы! Гортензии и…
Я прищуриваюсь. Каменный бордюр? Так и есть. Прекрасный бордюр из настоящих речных камней!
Я заглушаю мотор, оставляю машину, не доехав десяти ярдов, и выхожу у задней двери. Иду к только что взрыхленному, прекрасно ухоженному саду, граничащему с передним крыльцом. Маленькие фиолетовые цветочки вербены выглядывают между большими кустами гортензий.
Я сбита с толку. Лишилась дара речи, хотя это вряд ли имеет значение. Потому что все равно говорить не с кем. Можно подумать, садовые гномы внезапно ожили в мое отсутствие и создали этот шедевр. Именно так я себе его представляла. Именно так объясняла. Сэмми!
Я откидываю голову и смеюсь. Конечно, она посчитала себя обязанной выполоть уродливые сорняки, хотя я просила ее этого не делать!
И хотя я вовсе не желала благотворительности, все же невольно тронута такой заботливостью. Очевидно, она немало потрудилась над клумбой, до которой у меня вряд ли дошли бы руки, если уж быть честной с собой.
Я наклоняюсь, присматриваясь ближе, глядя на листья, которых не узнаю. Функия?
Название выплыло неизвестно откуда. Я не планировала сажать функию, но она прекрасно покроет землю между двум клумбами. Может, функию порекомендовал продавец в «Хоум Дипоу»?
Я улыбаюсь.
Хоть шансы малы, может, это тот же человек, который помог мне выбрать герметик. У него добрые глаза.
Я стою, прикованная к земле, впитывая последние теплые лучи и неожиданное ощущение того, что в этом мире есть люди, все еще способные меня удивить.
Не уверена, что людям, знакомящимся онлайн, хватает времени на что-то еще. Последние пять дней меня будто засасывает в черную дыру со снимками исполненных надежд женщин, в которой плавают статистические данные: вес, рост, цвет глаз, религия.
