Саана смотрит на телефон в полнейшем недоумении. А когда конкретно-то? И на сколько дней? «Я ж не против, всегда рада», — думает Саана и встает. Окидывает критическим взглядом свое жилище: на спинках стульев то тут, то там валяется одежда, по углам скоро разовьются пылевые цивилизации, и нет ни одного цветочка — все прошлые зачахли. В последнее время она чаще оставалась у Яна, а свою квартиру здорово запустила. Инкери сто лет не была в Хельсинки. Саана вяло проходит на кухню, чтобы поставить вариться кофе.
Сегодня выходной. И на работу ей только в конце недели. В углу кухни напротив плинтуса беспомощно бьется долгоножка — время от времени они залетают в открытое окно. Саана никогда не любила их, хотя, по большому счету, это довольно безобидные ребята. Она решает ничего с долгоножкой не делать: пускай сама разбирается со всем этим. В детстве она боялась по ночам закрывать глаза, если знала, что где-то летает долгоножка. А вдруг в лицо залетит? «Никто никуда не залетит, тут нечего бояться, они не кусаются», — успокаивала мама, и Саана верила ее словам. Как прекрасно было бы до сих пор искренне верить тому, кто говорит, что все будет хорошо. Но никто не в силах давать такие гарантии. Порой жизнь превращается в череду неожиданностей, неконтролируемых событий и меняющихся обстоятельств. И спокойно вынести все это можно, признав одну простую истину: человек может влиять лишь на свое отношение к происходящему. Саана еще раз смотрит на бедное насекомое: она передумала. Преодолевая страх и омерзение, она хватает его за длиннющую ножку и выкидывает в открытое окно.
Кофе почти готов. Саана размышляет, с чего бы начать уборку, но быстро переключается на имена друзей, о которых ей сообщил Теро. Было бы любопытно переговорить с девушками, которые встречались с Каспером в год выпуска. Вдруг они что-то помнят? Что-то полезное. Еще Саане хотелось бы знать, как действовал Йеремиас. Успел ли он за лето встретиться с этими девушками? Теро упомянул два имени: Тийя и Суви. Пожалуй, стоит начать с Тийи.
Саана посылает запрос в справочную службу: «Тийя Хагман». После небольшого расследования ей удается выудить нужного человека из предложенного списка кандидаток. Саана тут же идет в социальные сети. Училась в гимназии «Рессу», а сейчас покоряет юридический факультет. «Что же представляют собой эти золотые воспитанники “Рессу”?» — думает Саана и начинает набирать сообщение девушке.
После обеда руку Саане энергично пожимает Тийя Хагман, одетая в розовый блейзер, белую водолазку и белые джинсы. Поприветствовав друг друга, они вместе заходят в кафе «Ихана» на улице Алексантеринкату. Овсяный латте постепенно заканчивается, а в голове Сааны выстраивается образ Каспера. Хоккеиста, который остается игроком даже за пределами поля. Саана вычерпывает ложечкой остатки пенки и внимательно слушает. Каспер был очень популярен, слегка высокомерен, а когда выпивал, становился совершенно невыносим.
— В каком смысле? — спрашивает у Тийи Саана.
— Ну, он был из тех популярных парней, — отвечает Тийя, отхлебнув немного своего смузи, — которые прекрасно осведомлены о своей популярности. Каспер просто брал свое, а потом находил себе новую девушку. В эту ловушку попалась и я: мы пару раз погуляли, затем переспали — и Каспер тут же заинтересовался другой. А я тогда еще думала, что мы могли бы стать парой. Да и фиг с ним. Козел козлом, что с него взять.
Саана рассматривает Тийю: аккуратный макияж, гель на ногтях, белоснежная улыбка. Она совсем не скучает по своим школьным годам. Не скучает по жестокости, по желанию идти на все ради популярности, по девичьим альянсам и бесконечному наведению марафета.
— В год выпуска была одна квартирная вечеринка: я не знаю, что именно там произошло, но ходили слухи, что Каспер переспал с девушкой, пока она была в отключке. Девушка тоже была из нашей школы. В общем, она отключилась, спала в комнате на нижнем этаже, и многие видели, что Каспер туда заходил, — рассказывает Тийя.
— То есть он воспользовался состоянием девушки?
— Да, но о том случае все молчали. Сама она не проронила ни слова. Даже сейчас тяжеловато вспоминать обо всем этом. Школа будто сговорилась: все считали тот случай каким-то приколом, твердили, что таков уж Каспер. Это был секрет, о котором знали все, дело, в которое никто не вмешивался. Поведение Каспера вообще никак не изменилось, он по-прежнему делал что хотел.
— И что за девушка это была? — спрашивает Саана.
— Ее зовут Суви. Но там тоже не все так однозначно. После той злосчастной вечеринки, вместо того чтобы как следует рассердиться и даже заявить в полицию, Суви начала вести себя так, будто влюбилась в Каспера.
— Как ты считаешь, почему Йеремиас вернулся к делу Каспера именно в этом году? — спрашивает Саана, выводя на экран телефона фотографии статей об исчезновении Каспера.
