– Не знаю, стоит ли нам идти дальше, – сказал он. – Если они не хотят спускаться, может, там какая-то опасность.
В темноте кто-то засмеялся. Смех был низкий и хриплый. Макс замер на месте. Крепыш заскулил. Гизмо прочистила горло и крикнула:
– Кто здесь?
– Ох, всего лишь большое и страшное чудище, – отозвался надтреснутый старческий голос. – Если вы не безумны, как те, наверху, может, я и не стану вас есть. – Раздался сухой смешок. – А может, и съем.
– Непохоже, что это говорит чудище, – сказала Гизмо. – Вообще-то, голос похож на собачий.
Говоривший снова засмеялся:
– Ах-хе-хем. Почему бы тебе не спуститься вниз и не проверить, малышка?
– Гизмо! – прошипел Крепыш.
Бросив взгляд вверх, на рычащих диких псов, которые топтались на улице, терьерша высоко подняла голову и гордо пошла вниз по ступенькам – в темноту. Макс задержал дыхание и ждал. Шаги маленькой собачки замерли, и долго-долго стояла тишина.
Потом Гизмо захихикала.
– Идите сюда, ребята! – протявкала она. – Если, конечно, не боитесь старой овчарки!
Голос из подземелья действительно принадлежал старой немецкой овчарке. Старый пёс повёл друзей вниз по лестнице; они углубились в полный мрак. И вдруг, к удивлению Макса, темноту рассеял мерцающий флуоресцентный свет. Собаки поднырнули под турникет и, осторожно ступая, прошли по стальным решёткам, вделанным в бетон.
Пёс из подземелья был одного размера с Максом, хотя немного ниже ростом, с коричневой шерстью на брюхе и чёрной на спине. Один глаз у него был небесно-голубой, а другой – тёмно-коричневый. На боку красовались шрамы, один свежий, – но старика вроде бы это не тревожило.
– Спасибо, что позволил нам спуститься сюда и укрыться от бешеных собак, – поблагодарил Макс по пути.
– Эх, это ничего, малыш, – ответила немецкая овчарка. – Не хотелось оставлять вас нос к носу с этим полоумными. Вы или подрались бы с ними, или присоединились к их своре. Но с такими, как они, лучше не связываться. Зачем бродить голодными? Тут, внизу, столько крыс, что нам всем хватит.
– Крыс? – переспросил Крепыш.
Старый пёс причмокнул губами:
– Крыс.
Глаза Макса постепенно привыкли к темноте, и он увидел, что они стоят на платформе. Слева она обрывалась, и там начинался туннель с рельсами на дне. В неярком свете Макс разглядел квадратные колонны, которые упирались в потолок, на них – выцветшие рекламные плакаты, а ещё застеклённые кабинки для продажи билетов и двери с ярко-красными знаками.
– Как нам тебя называть? – спросила Гизмо, представившись и назвав имена своих друзей.
– Эх, Рекс сойдёт, – ответил пёс и повёл их дальше вниз по ступенькам в туннель. Макс ступил лапами с холодного бетона на колкий камень, из-под которого выступали два тонких металлических рельса.
Рекс внезапно остановился, понюхал влажную стену рядом с рельсами, потом приподнял заднюю лапу и начал как ни в чём не бывало справлять нужду.
Гизмо переглянулась с приятелями и подавила смешок. Рекс по привычке метил территорию.
– Э-хе-хе, – прокряхтел он, закончив своё дело. – Ну да всё равно, другие наши там, впереди. Нужно отвести вас к ним.
– Зачем? – спросил Макс в спину удаляющегося по рельсам пса.
– Надо убедиться, что вы не шпионы Корпорации, – ответил Рекс таким тоном, будто это само собой разумеется. – Вот мы и пришли, детки.
Они взобрались по другой лестнице наверх и оказались на станции более просторной, чем та, с которой пришли. В центре помещения стояли жёлтые колонны, между ними – скамейки для людей. На стенах висели автоматы с запертыми в них пожелтевшими газетами и рекламные плакаты под стеклом. На противоположном конце платформы, за турникетами, виднелась лестница, которая вела вверх, на улицу.
На рельсах возле края платформы стоял какой-то транспорт – с виду поезд с вагонами, похожими на автобусы. Окна в нём были разбиты, сиденья внутри и стенки снаружи разрисованы чёрными граффити. Чёрными каракулями были запачканы и жёлтые колонны, и вообще всё.
Поначалу казалось, что тут никого нет. Потом Рекс отрывисто гавкнул. Из киоска, где когда-то продавали билеты, не спеша вышла колли, очень похожая на Зорки из Анклава, – только у этой шерсть была свалявшаяся. В пасти она держала мёртвую крысу.
Колли выплюнула свою ношу на пол и проговорила:
– Что это тут у нас? – Голос колли звучал по-мужски. Точно не Зорки.
– Нашёл трех не спятивших щенят, – проворчал Рекс. – Спросишь их про Корпорацию, Бейли?
Из поезда-автобуса послышался шум. Макс обернулся и увидел в окне дюжину собачьих голов. Псы лениво помаргивали. Многие были невелики, как Крепыш и Гизмо, хотя имелись тут и более крупные собаки. Одна, очень похожая на Макса, только с шерстью тёмно-коричневого цвета, позёвывая, вышла из открытых дверей вагона.
Грязный колли по имени Бейли подошёл к Максу, Крепышу и Гизмо и обнюхал их одного за другим.
– Вы из Корпорации? – спросил пёс, поочерёдно заглядывая в глаза всем троим.
Макс моргнул и озадаченно ответил:
– Гм, нет. То есть мне так кажется. Что такое Корпорация?
Бейли удовлетворённо кивнул:
