– Тебе, наверно, интересно, где твои друзья? – спросил баритон. – Я с радостью подскажу тебе, что у них в мыслях. Вот Фэл, например, собирается убить вас. Вас всех. Потому что он… все еще на службе у жрицы мрака Элераны Хартс. Как только вы добудете для него бериалл, он от вас избавится, как от мусора. А Майя будет с ним. Она втюрилась в него по уши и теперь при любых обстоятельствах будет на стороне Фалькона. Ты всегда была непоколебима в решениях. Я думаю, ты уже знаешь, что делать с теми, кто встал на твоем пути! А насчет Флер, ты и сама говорила: ни к чему с ней возиться. От нее с самого начала были сплошные неприятности.
4
Флер, съежившись и обхватив колени руками, плавала непонятно в каком пространстве. От страха ее колотила крупная дрожь, она вздрагивала и задыхалась от всхлипываний, но плакала тихо, стараясь не издавать лишних звуков, чтобы не навлечь на себя опасности.
– Превосходно… настолько прекрасно, что даже жаль, – с разочарованием произнес приятный мужской голос. – Столько страха, что даже и усилий прилагать не приходится, чтобы нагнать его.
Флер вздрогнула. Ее сердце с такой силой дернулось от неожиданности, что показалось, надорвались мышцы, державшие его.
– Кто здесь?
– Меня зовут Аграах. У меня нет пола, я могу быть кем угодно: духом, зверем, электом… У меня нет тела, поэтому я обычно вселяюсь в чужую плоть.
– Ты враг! Ты охраняешь лабиринт и должен нас убить! – вскрикнула Флер и тут же трясущимся голоском попросила. – Не… уби-вай меня, пож-жалс-сс-та, я зз-делаю ф-ф-се, что ты захочешь!
Тут ярко вспыхнул свет, и эльфиня, ахнув, заплакала, ей показалось, что она находится в своем родном тыквенном доме, потому что стены были такого же кремового цвета и между картинками в рамочках гирляндами свисали ползучие цветы, которые она так любила и заботливо выращивала в глиняных горшках.
– Мои лапоньки! Мои бедные цветочки! Как же вы не засохли, ведь столько времени вас никто не поливал, – умиленно подумала она и машинально потянулась ощупать почву в кашпо, но рука ее провисла в воздухе – родные стены оказались иллюзией, и ее по-прежнему окружал лабиринт...
– Вижу-вижу, как соскучилась ты по своему хозяйству, – с добротой и сочувствием отозвался невидимый хозяин подземелья. – Я не убиваю тех, чье сердце чисто, а разум светел. Я охраняю незатейливые души, свободные от коварства, расчета и темных помыслов. Я знаю, не по своей воле ты попала сюда! Они воспользовались твоей беззащитностью для осуществления своих планов и воспользовались жестоко, не щадя твоих чувств, вытирая об тебя ноги, и лишь случай помог тебе вернуться к жизни! А они, имея диадему Ласки, даже не позаботились о том, чтобы вернуть твою душу. Как ты думаешь, должна ли ты помогать им – после всего этого? Не пора ли отомстить им, наконец, и показать, что значит справедливость?
– Я бы отомстила, – покорно согласилась Флер. – Но у меня нет сил. Я слабее любого из них.
– Я дам тебе силу! Это будет дикая сокрушительная сила! Ты покажешь им всем, кто из вас главнее! В нужный момент я волью в твое слабое тело мое бестелесное могущество. Запомни: никакого мысленного сопротивления с твоей стороны! Мы должны стать единым целым!
5
Грей и опомниться не успел, как Майин пульсар погас, и все поглотила зловещая тьма. Сколько времени его искушали прекрасные видения, юноша не помнил, единственное, в чем он до конца был уверен, что отказаться от избранного пути ни при каких обстоятельствах он не вправе.
Полуволк долго плутал в непроницаемой мгле и звал друзей, и, наконец, он с радостью учуял одного из них – Фалькона. Он слышал, как рассекая воздух, на него опасно движется зверь, но Грей не позволил себе ни в чем усомниться, ведь ягуар с риском для жизни дважды доказал им, что он на их стороне, он друг. И когда гигантская кошка, обнажив острые когти, могучим прыжком сбила его с ног, молодой алькор так оторопел, что даже утратил способность к сопротивлению. Получив несколько мощных ударов лапами, Грей обмяк.
– Не убивай, – приказал голос.
Фалькон, приняв электианское обличье, огляделся. На ржавом крюке, торчащем из потолка, висел скелет. Поток невесть откуда взявшегося света был направлен прямо на его позеленевшие от плесени кости. Фалькон, не раздумывая, быстро взлетел под низкий свод, скелет с хрустом обсыпался оземь, а на его место был вздернут поверженный Грей.
Белый хищник, безоговорочно доверяя незримому духу подземелья, умчался искать новую жертву. А связанный полуволк остался висеть на железном штыре под ребристым потолком, с которого звонко капала вода. Раны, нанесенные Фальконом, были неглубоки, но веревка, натягиваясь от собственной тяжести Грея, все время врезалась в них, мешая заживлению. Юноша вовсю старался вырваться из оков, то толчками из стороны в сторону он расшатывал укрючину, вбитую в каменный свод, то напряжением мышц силился разорвать шпагат, стягивающий кисти его рук… Но этим он только усугублял свое положение: в скоплениях темной воды на полу расплывались алые пятна его крови.
