Как считают историки, столицей крестившего болгар князя Бориса был город Преслав, находившийся в северо-восточной части Балканского полуострова, в провинции Мизия. В то же время Рим и Константинополь спорили о "болгарском отечестве" на юге и западе, в Иллирии: о Фессалии, об обоих Эпирах, о Дакии, о Дардании (ЦЕН12 с. 131–132). Примечательно, что большая часть этих земель, по мнению историков, якобы никогда не входила в состав Болгарского царства! И еще более примечательно, что тем не менее и византийцы, и посланцы папы считали их "болгарским отечеством". На основании этого напрашивается вывод, что население тех земель, о которых шел спор, было болгарским, и что соответствующие территории в момент спора тоже назывались Болгарией, в этногеографическом смысле, а не в политическом.
Имея все это в виду, сталкиваемся с вопросом: а почему все болгары должны были креститься одновременно? Разве нельзя допустить, что болгары на юге стали христианами раньше, чем князь Борис и его подданные — болгары на севере?
К последней идее вернемся чуть позже, а пока обратимся к старым изображениям, отразившим это знаменательное событие.
Интересная миниатюра (на рис. 11-1) из роскошного болгарского перевода Хроники Константина Манасия[26] показывает “крещение болгар” (так она надписана в рукописи). Чуть ниже миниатюры, после заголовка о правлении византийского императора Василия І, на последней строке листа на рис. 11-1 красными буквами записано важное для русской истории сведение: “при этом Василии царе крестились русские”.
Крещение дочери болгарского царя Бориса запечатлено и на фресках в церкви монастыря св. Наума у Охридского озера. Фотография фрагмента фресок с этим сюжетом представлена на рис. 11-2, а на рис. 11-3 читатели могут рассмотреть его прорисовку.
Старый спор
В старом описании спора Константинополя и Рима о правах над «болгарским отечеством» есть и другие интересные детали. Среди них важным для нас является факт «возобновления» «старых» доводов. Восточные (константинопольские) иерархи объясняли, что раньше «болгарское отечество» было во власти греков, поэтому в нем были греческие священники; из-за язычества оно отделилось от Константинопольской церкви, но в результате введения христианства было возвращено к ней. Посланцы Рима ссылались на присутствие в “болгарском отечестве” римских духовников во время проведения самого собора. Как отмечает А. Погодин в своей «Истории Болгарии»,
Таким образом, спорящие стороны выдвигали «старые» аргументы; естественно, что они настаивали на своих и отвергали чужие. И здесь произошло нечто весьма странное — с точки зрения скалигеровского варианта истории: и византийцы, и римляне обратились … к свидетельству болгар! Что могли добавить болгары в споре такой давности? Ведь они якобы появились на Балканах шесть веков после событий, на обстоятельства которых ссылались те и другие участники в споре. Причем они якобы были «варварами», у которых не должно было бы быть никаких архивов и документов.
Не углубляясь в анализ сведений о «болгарском вопросе» на Восьмом вселенском соборе, добавим, что как отмеченные выше проблемы, так и многое другое говорит о глубоких несоответствиях между текстом старых свидетельств и принятой в современной науке картиной старой истории. В заключении подчеркнем очень важный факт: термин
Крещение южных болгар
Историческая наука XX века с разными оговорками принимает, что часть “славянского населения” в центральной части Балканского полуострова как-то исподволь приняла христианство до официального акта “крещения” при царе Борисе.
— пишут например Коев и Бакалов. Они видят основания для такого утверждения в ответах болгарских послов на соборе в Константинополе в 870 г., из которых видно, что в этих краях уже существовала налаженная церковная практика.
О славянах
