Он едва не подпрыгивал, начиная слегка раздражать. Хогвартс-экспресс уходил через два часа, экзамены были благополучно сданы, вещи собраны и упакованы еще вчера, договоренность с Северусом о легальном проживании Гарри у него дома — лечение ведь никто не отменял, — достигнута. Джеймс Поттер лишь облегченно вздохнул, недовольно зыркнув в сторону Снейпа — жена будет рада не видеть пасынка. К тому же, в свете последних событий, за день до отъезда Снейп связался с ним по камину и попросил проводить Гарри до Косого переулка. Сам он был занят инвентаризацией, плюс надо было проследить за отправкой своих подопечных, а после проверить и законсервировать спальни и гостиную — работы было как раз до вечера.
Гарри были выданы указания наведаться в банк и на обратном пути, никуда не заглядывая по дороге, добраться камином до дома в Паучьем тупике. Обычно сразу после школы Северус на несколько дней останавливался там, приводил все дела в порядок, и только потом отбывал в мэнор. И менять этот уклад он не собирался даже в угоду семейке Поттеров.
— Так уж и быть, но только пусть упакуют с собой, не стоит тебе одному гулять в общественных местах. Я по-прежнему считаю, что это плохая идея. В банке тебе ничего не грозит, а вот на улице… Будь осторожен. Одень это и не снимай. В случае опасности сожми в кулаке. — Снейп вынул из кармана кулон на цепочке и нацепил Поттеру на шею. Лишним не будет.
— Это сигнальный маячок, да? Сигнал попадет к вам? — поинтересовался Поттер. Чтение нужных книг не прошло даром.
— Да, это маячок. И нет, на нем нет следящих чар, я просто подстраховываюсь, — твердо заверил Снейп.
— Да я ничего такого не имел ввиду, я же понимаю, что вы будете волноваться, — стушевался Гарри, заставив Северуса довольно громко скрипнуть зубами на такое заявление.
В былые времена Гарри бы выслушал гневную получасовую отповедь на тему: «Что вы себе позволяете, Поттер?», сейчас же его лишь окинули холодным взглядом и слегка пожурили.
— Не умничай. Чтобы не позже восьми был дома, а лучше — еще раньше. Я тоже постараюсь не задерживаться. Все, иди, не мешай мне работать.
Получив в ответ сияющую улыбку, Северус отвернулся к своим пробиркам с зельями. Стоило лишь озвучить предложение о совместном проживании, как Гарри, до этого похожий на тень себя прежнего, воспрял духом. Ни потухшего взгляда в глазах, ни вымученных движений, ни грустного, редко звучащего голоса больше не наблюдалось. Неуверенность, правда, все же осталась, как и нежелание находиться в толпе, но вот улыбаться и разговаривать, а также проводить время в компании друзей он стал чаще. Темные очки заняли место на полке рядом с кроватью, водолазки сменились на футболки.
— «Пророк» же называл меня психически неуравновешенным уродом. Вот, стараюсь соответствовать, — невинно пожал плечами Гарри, когда кто-то из сокурсников попросил его не выставлять шрамы напоказ.
Это заявление, громко сказанное на одном из обедов в Большом зале, заставило Снейпа улыбнуться, а Макгонагалл — нервно поджать губы.
— И декрета по этому поводу еще не придумали, — еле слышно заметила Спраут, а после не выдержала и прыснула в салфетку напару с Вектор, благо, Амбридж сидела на другом конце стола.
— И все же мальчик нарочно привлекает к себе слишком много внимания, — не сдержался Дамблдор, который в последнее время был недоволен своим героем.
На что Северус демонстративно закатил глаза:
— Это же Поттер! Он по-другому просто не умеет!
Скажи Снейп что-то другое, он был бы просто не понят. Неизвестно почему, но Альбус до сих пор пребывал в твердой уверенности, что зельевар ненавидит мальчишку, а тот отвечает ему взаимностью. Впрочем, как и Минерва с Амбридж. А вот насчет других были сомнения.
Поттер тоже не спешил доказывать обратное. По-видимому, перспектива в очередной раз прослыть ненормальным, которому нравится Ужас Подземелий, его не прельщала. Кому надо, знали, а Дамблдор и ему подобные были всего лишь еще одними взрослыми, которым не было дела до жизни какого-то мальчишки, будь он хоть трижды герой.
Совместные чаепития, хоть и не прекратились, но стали довольно редкими. Поттер, ранее ловивший каждое слово Великого Светлого Мага, теперь частенько спорил, приводя довольно весомые аргументы, и в большинстве случаев оставался при своем мнении. Впрочем, Дамблдор старался все списать на подростковый возраст. К тому же, после окончательной смерти Воландеморта, в которой точку поставил совсем не Гарри Поттер, а каких-то два бывших Пожирателя, герой сам по себе стал ему неинтересен. Ну, разве что ради общего блага Поттер еще послужит делу света, и окончательно сбрасывать его со счетов было рано. Да, определенно рано.
