Быстро поглотав пищу, практически не пережевывая, Поттер справлялся за десять-пятнадцать минут, и после этого куда-то исчезал до начала урока. В библиотеке его тоже не видели, но тут все было предельно ясно: у Снейпа была довольно неплохая подборка учебных пособий, да и помощь друзей никто не отменял — та же Грейнджер могла спокойно таскать ему библиотечные книги.
Гулять Поттера приходилось выгонять силой: его так нервировали людные места, что гостевая комната в покоях Снейпа стала чуть ли не спасением от всех этих взглядов и шепотков за спиной, преследовавших того повсюду.
— Надоели! — не выдержав, как-то пожаловался он. — Представляете, они заявляют мне в лицо, что я липовый герой, раз не смог предотвратить покушение на самого себя и стал уродом! Как будто я просил, чтобы мне этот статус присвоили! И никакие аргументы, что мне, на минуточку, был всего лишь год, и я чисто случайно развоплотил Темного Лорда, их не останавливают! Идиоты! Вот какими надо быть твердолобыми придурками, чтобы в это поверить, а?
— Гриффиндор головного мозга не лечится, Поттер, — вяло подтвердил диагноз Снейп, коротая очередной вечер в его компании.
В последнее время тот нечасто взрывался, предпочитая вести себя тихо и не отсвечивать — видать, боялся, что выгонят. Тем более, предпосылки были: Амбридж продавливала очередной декрет, ограничивающий в правах, выносила мозг педколлективу и ученикам, натравливала министра на директора: весело было всем. Снейп приходил в свои апартаменты злой, как мантикора, устраивался в кресле у камина с бокалом вина, закрывал глаза и ненадолго отключался от реальности. Гарри запирался в комнате, тихонько делал уроки, читал книги или же писал письма сестре — ей тоже было скучно и одиноко в доме, где девочку воспринимали как предмет интерьера, а не члена семьи.
Джеймс Поттер, навестив сына по его просьбе, без лишних вопросов подписал разрешение на проживание в апартаментах бывшего недруга. Как ни крути, но Гарри он по-своему любил, даже перекинулся парой фраз с Северусом, выспросив того о самочувствии сына. После оба навестили Дамблдора. Со скупых слов Снейпа, не желающего распространяться на эту тему, директору это не очень понравилось, но его задавили числом и неоспоримыми аргументами. Раз так, Гарри собирался пользоваться привилегиями так долго, как это было возможно.
В гриффиндорскую башню не тянуло от слова «совсем». Никакие доводы сокурсников по поводу проживания в холодных подземельях со злобной летучей мышью, когда в гостиной так весело, тепло и комфортно, и самое главное — рядом все его друзья, — не убеждали. Если подумать, то для Гарри не было важно, подземелья это, комната в мэноре или же гостиничный номер, главное, чтобы там было как можно меньше народу, в идеале — вообще никого. Хотя нет, Снейп не мешал, даже наоборот. Всю свою сознательную жизнь Гарри был предоставлен сам себе. До прошлого лета…
Обычное стечение обстоятельств — и вдруг ты осознаешь, что кому-то на этом свете есть до тебя дело. Причем не друзьям, не родственникам, а совершенно чужим людям. Разве так бывает? Вот и Гарри думал, что нет. До поры до времени думал, не верил, отмахивался от этой мысли руками и ногами. Не отмахался — прочно запутался в ее паутине. Особенно остро это ощутил, когда накануне экзаменов любимый всеми генеральный инспектор угодил прямиком в Мунго. Неудачная частичная трансформация: вместо рта — клюв, вместо рук — крылья, ни написать, ни сказать, ни обвинить никого. Близнецы Уизли, выискивая смельчака, обидно вздыхали, что подобная идея не пришла им в голову. Надо ли говорить, что виновник так и не был найден? Вот только Гарри мельком видел, как мечтательно улыбался Снейп накануне вечером, проверяя свое новое зелье на светопроницаемость. И пусть даже его выгода была тоже более чем очевидна, но разве не он постоянно ругался с Амбридж, защищая Гарри? Разве не он лечил его, не спал ночами, варил зелья и терпел истерики? Это было… приятно. А гриффиндорская башня… Переживут, в сентябре вернется.
* * *
— Профессор Снейп, а можно, после банка я в кафе Фортескью смотаюсь, куплю мороженого? Это же по пути!
— Схожу, Поттер, не смотаюсь, схожу — ты воспитанный молодой человек или оборванец из Лютного?
— Простите, — Гарри робко улыбнулся. — Так я схожу? Решу дела с банком, заберу комплект наследника, ну и деньжа… денег немного. Хотя, наверно, безразмерный кошелек переоформлю, и только потом за мороженым! Я быстро, к восьми вернусь! Могу еще что-нибудь купить…
