Нервничая, пребывая в ожидании не пойми чего, я доел последний бутерброд с сухой харьковской колбасой, что сложила мне мама, и стал постукивать ногами по асфальту, выбивая различные ритмы - привычка барабанщика и неуравновешенного человека. Не отрывая взгляда, я медленно пожирал глазами стоящего перед окном офицера. Кстати, должен сказать, этот офицер - яркая фигура распределительного пункта. Высокий, атлетически сложенный мужчина лет тридцати пяти, с довольно броской немецкой чёлкой. Работал он в штабе старшим связистом. Что-то не могу разобрать значение трёх мелких звёздочек на его погонах. Вроде - младший лейтенант. Но, не в том дело. Интерес к его персоне всё-таки заключался в его причёске, присущей солдатам фашистской Германии времён Второй мировой войны. Вот, честное слово, так вдруг потешно стало. Только недавно мы с Антоном Резцовым обсуждали одну из его самых любимых тем - "Солдаты Третьего Рейха" и непосредственно - Рейхоркестр, как тут - воплощение нашего разговора, так сказать, наглядно. Скептикам должен сразу сказать, что, несмотря на дедушкины слова, всё же, Рейхоркестр исполнял феноменальную музыку. Чего стоит только песня "Erica" или " In der stadchen madschen"? Объективный слух заставит вас согласиться со мной. Глупцы могут обвинить нас в кощунстве и прочем! Знаю, но я лишь ехидно ухмыльнусь. Меломанам и разносторонним людям, каким являешься ты, мой читатель, явно будут неинтересны мысли недалеких умов - и верно! Ты ведь прекрасно знаешь, что если загонять себя в шаблоны, созданные серой массой, то явно познать ничего в этой жизни не удастся. Да что говорить - и сам всё прекрасно знаешь. Так вот, разговаривали мы с Антохой о том, как музыка и разнообразные уголки этого мира постигаются лишь теми, кто, не теряя человечности, в состоянии опустить все шаблоны с той же лёгкостью, как поднимается занавес во Дворцах Культуры и открыть для себя самое сокровенное - тайны, как лучше жить, например. Скажу лишь одно: хочешь достичь многого - будь "нейтральным человеком со своим мнением". Это очень сильно помогает в жизни, поверь!
Возвращаясь к младшему лейтенанту (ну, или кто он там по званию), я уловил миг, когда он стал перекладывать наши личные дела по нескольким стопкам. Взяв в руки громкоговоритель, или, как однажды говорил мне Федотушкин - "матюкальник", он начал свою речь, которую я ждал уже второй день.
- Товарищи призывники! Слушайте внимательно! Сейчас я начну объявлять ваши фамилии и подразделение, в которое попадёте уже в ближайшие сутки. Итак, войска МВД: Солодко, Полежаев, Смирницкий, Боровик, Федяев, Грязнов...
- Дружбан, выходи, - улыбнулся Юра, хлопнув Арсена по плечу.
- Да? - растерянно пробормотал он. - А вещи брать?
- Та быстрей! Вещи пока оставь! Вон уже построились все, кого офицер называл после тебя!
- Давай, Арсен! Живее!
- Я в МВД попаду! - обрадовано приобнял нас Федяев.
- Та иди уже быстрей! - в унисон крикнули мы, чуть скрывая улыбку.
Федяев побежал становиться перед жёлтой линией, как и приказывал майор Николай Леонидович.
- Боже, ну и как он ещё может в футбол играть? - смеялся я.
- А что?
- Так он со всеми обнимается, чуть ли не до слёз!
- Ха-ха. Точно!
А офицер в то время объявлял без остановок дальше.
- Тухтанбаев, Стоцкий, Илюшин, Кривошеев, Яголо и Кахикало. Так, дальше - спецназ: Чёрный, Русин...
"Как же так? - опечалился я. - Юра и я не попали в желаемые войска, и что ж теперь будет? В военкомате, значит, меня обманули?"
Юра молча не сидел. Со всей злостью, присущей спокойному жителю Днепропетровска, Селезнёв направился в штаб, дабы разобраться с несправедливым решением офицера. Да по каким критериям нас вообще отбирают? По размеру члена, что ли? Я хотел бы отправиться вслед за другом, но нужно было остаться и охранять наши вещи, ведь Илюшин и Федяев пока не вернулись.
- Внимание: первая группа, вошедшая в подразделение МВД, срочно зайти на второй этаж штаба для получения военных билетов. Через полчаса отправляется поезд, конечная остановка - город Золочев. Ответственный за прибытие солдат до воинской части - старший сержант Воеводин.
Не успел офицер договорить, как около дверей штаба, будто из-под земли, явился пресловутый сержант. Невысокий, но крепкий мужичок лет 35-ти. Разговаривал как-то странно, на ломаном русском и украинском. Ребята стали собираться. В глазах и радость, и неуверенность. В 19:30 ребята должны были покинуть распределительный пункт навсегда.
- Как же так? - грустно спрашивал у меня Арсен, перекинув через плечо свои нехитрые пожитки. - А вы с Юрчиком в какие войска попадёте?
- Да разве здесь угадаешь? Хоть бы не в железнодорожные!
Ой, ребята, наслышан я об этих войсках. Помню, о них мне рассказывал Jet Pilot:
