– Правильно возьми пистолет в руки, – командует Сергей. – Большой палец расположен неверно, – подсказывает он мне, и я тут же исправляюсь. – Стоишь тоже неправильно, неустойчиво. После выстрела сядешь на задницу.
Сергей помогает мне принять правильную позу. Стоит позади меня и контролирует.
– Перед тобой сейчас целик, мушка и цель. Сразу на три предмета смотреть невозможно. Поэтому сосредоточиться надо на мушке и целике. Цель должна выглядеть немного размытой, находиться на заднем фоне и быть менее четкой, чем мушка и целик. При нажатии на спусковой крючок ты почувствуешь сопротивление. Не пугайся, так надо. Продолжай давить, пока не выстрелишь. Сконцентрируйся, – уверенно шепчет он над моим ухом. – Сними с предохранителя. Прицелься, – сердце готово выпрыгнуть из груди, а колени предательски начинают дрожать. – Не спеши и будь спокойна, – он равномерно дышит, и я начинаю дышать в унисон вместе с ним. Постепенно успокаиваясь. – Нажимай на спусковой крючок уверенно и равномерно.
Выстрел.
Банка падает. Я попала!
Стою с открытым ртом от удивления и в прострации от отдачи. В ушах звон, выстрел оглушил меня, теперь я понимаю, почему в тире надевают наушники.
– Ну, как? Понравилось?
– Да, – честно признаюсь я.
– Ну, тогда перед тобой еще девять банок. Вперед!
– Семь из десяти для первого занятия – очень хороший результат, – гордо говорит Сергей, подбирая с земли продырявленные пулями банки, и снова ставит их на бревно.
Я сама собой горжусь. Неожиданно для себя после четвертого выстрела, я осознала, что мне нравится стрелять. Я получаю удовольствие. Мысленно я дала этим банкам «имена»: отчаяние, испуг, бессонница, одиночество, страх, паника. Как же мне было приятно «убивать» их, смотреть, как пуля пробивает их «тело» и они пораженно летят вниз. И в этот момент внутри меня что-то менялось. Мне нравились новые мысли в моей голове, мечты. За семь лет я разучилась мечтать, жила одним днем, заперев сознание лишь в этом временном отрезке. Сейчас я рушу все оковы, что опутали меня. Я кричу и смеюсь. Сергей помогает мне, поддерживает меня. Кричит вместе со мной. Боже, как же это классно!
Сергей перезаряжает пистолет, встает в стойку и начинает стрелять, секунда и банка падает, вторая, третья… последняя. Я залюбовалась этим мужчиной. В нем чувствовалось истинное мужество, и, несмотря на то, что он убийца, в нем я не вижу ничего отталкивающего. Наоборот, он стал для меня притягательным. Сегодня утром я поймала себя на мысли, что я думаю о нем, как о мужчине. Мне никогда не снились эротические сны, я не фантазировала в этой плоскости, но сегодня утром я вспоминала нашу «встречу» в бане, его взгляд. На меня никогда так нежно не смотрел мужчина. Я будто таяла под его взглядом. И мне хочется еще. Сейчас я стою у дерева, смотрю на то, как Сергей уверенно держит в руке пистолет и хочу, чтобы он меня поцеловал.
Уже неделю мы продолжаем тренировки по стрельбе и гуляем по лесу после, каждый день, увеличивая расстояние. Естественно, Сергей не забывает об уроках по ориентированию на местности. Он довольно улыбается, когда я правильно отвечаю на вопросы.
Сегодня мы вышли на поляну полевых цветов: желтые, синие, белые. Дух перехватило от этой красоты. Радостно я помчалась собирать их. Я уже представила, как прекрасно они будут смотреться на кухонном столе, а их аромат заполнять пространство.
– Сереж, а как называется этот цветок?– спрашиваю, в ожидании услышать ответ за своей спиной.
Но в ответ – тишина.
Разворачиваюсь. Его нет.
– Сереж? – испуганно озираюсь по сторонам.
– Сергей! – кричу я.
Пульс начинает бешено стучать в висках, а руки неметь. Букет цветов падает на землю. А я бегу вглубь леса.
–Сергей, это несмешно! – я мечусь от одного дерева к другому, не могу вспомнить это место. Мы вроде никогда не проходили здесь, а может, проходили. Черт, я не помню.
Да как он мог! Он же кинул меня в лесу. Одну! Просто ушел, стоило мне только отвлечься. Вот он…му… нехороший человек! В голове не укладывается мотив его поступка. Зачем учить меня и тут же оставлять на съедение медведю? Медведи! Озираюсь по сторонам, ищу глазами красные ленточки, нет их. Да как же он мог! Куда идти?! Сердце готово вырваться из груди, ладони потеют.
