Женщина вытянула руку и прикоснулась к фотографии на памятнике дрожащими ладонями, прикрывая глаза. В голове пронесся момент, когда она рожала этого милого кареглазого мальчика. И вот, он уже здесь, в сырой могиле. Натали никогда не думала, что его жизнь закончится так рано, ведь у него бы могло быть все…
Иногда жизнь — несправедливая штука. Она забирает нужных людей, никого не спрашивая; смерти не важно, как молод был человек, какая жизнь у него бы могла быть. Смерть не выбирает.
Еще в тот злосчастный день Натали, да и вся семья впрочем, готова была отдать все, лишь бы вернуть горячо любимого Кристиана с того света. Эбби билась головой о подушку, говоря, что на его месте должна быть она. Натали со слезами на глазах кричала, что он должен был послушаться ее и не лететь этим рейсом, а отец просто молчал.
Не то, чтобы он не переживал. Совсем нет. Элиот был одним из тех людей, кто умеет сдерживать себя. Он создал в своей голове блок, который не позволял ему сломаться и пасть; у него в детстве было много моментов, о которых он старался не вспоминать. И именно тогда он научился справляться с болью, становиться на ноги и идти вперед, ведь жизнь только начинается. Элиот пытался их утешить в тот день, говоря, что ничем уже не поможешь, но это не останавливало Эбби и Натали от скопившейся горечи.
И вот сейчас на их щеках блестели слезы, которые были настолько горячи, что прожигали кожу.
Эбби, подойдя к матери, обняла ее сзади и прошептала:
— Он все еще с нами, так ведь?
— Да, — повернулась к Эбби Натали. — Он все еще в нашем сердце.
Эбби обняла мать крепко-крепко, как будто в этот момент она могла раствориться в ее объятьях, улететь в другой мир, просто оставив ее здесь. Она боялась потерять еще одного важного человека в своей жизни, почему-то представив похороны матери, но потом отогнала эти мысли прочь.
Через минуту она отстранилась от матери и подошла в своему рюкзаку, в котором покоилась синяя коробочка. Достав ее, Эбби подошла к могиле брата:
— Ну, вот и твой 25-й день рождения. Я знаю, как ты мечтал об этом подарке, — девушка хлюпала носом. — Да, это глупо, я знаю, но я не могла оставить тебя, мой родной, без подарка. Это тебе, — она положила коробочку рядом с памятником.
Эбби не выдержала. Слезы полились ручьем из ее зеленых глаз, щеки покрылись алым румянцем, а в душе была нестерпимая боль. Эбби в который раз уже поддалась эмоциям, нарушив свое обещание больше не плакать. Дрожащими руками девушка провела по надгробью, шепча себе что-то под нос.
Родители, увидев состояние дочери, решили оставить ее наедине со своими мыслями, ведь они прекрасно понимали, что в данный момент ничем не смогут помочь, лишь только утешением, что Эбби ненавидела больше всего на свете. Звук скрипящей калитки резал слух, однако шаги родителей были настолько тихи, что даже с помощью супертехнологий нельзя их услышать.
Оставшись одна, Миллер бессильно рухнула на могилу, вдыхая запах свежей осенней земли. Все вокруг было так запутано, так ужасно, что девушке хотелось бежать на край света, лишь бы избавиться от этого тяжкого груза. Ей хотелось, чтобы все эти проблемы решились сами собой, чтобы она могла улыбаться, радоваться юной жизни.
Витая в своих мыслях, девушка услышала чьи-то шаги. Не поднимаясь с земли, Эбби перевела свой взгляд на мужской силуэт, который, казалось, она уже где-то видела, но просто не могла вспомнить. Мужчина подошел поближе и присел на корточки рядом с лежащей девушкой. Смотря на нее с неким сожалением и отчаянием, он провел рукой по ее рыжим волосам, локоны которых слегка прикрывали ее лицо.
— Что же с тобой стало, Эбби? — грубым басом пронесся голос мужчины.
Девушка в недоумении вскинула одну бровь, приподнимаясь с сырой земли. Миллер несколько минут всматривалась в черты лица незнакомца, то прищуривая, то расширяя и без того огромные глаза. Эбби нервно теребила вспотевшие ладошки, прежде чем что-то вымолвить.
— Откуда вы знаете мое имя?
Этот вопрос очень сильно удивил мужчину напротив, что тот истерически усмехнулся.
— Эбби, ты не помнишь меня?
Эти слова ввели Миллер в ступор.
С чего бы ей помнить его? Она даже не могла возобновить в памяти его имя, ничего не говоря уже о личности, о которой она ничего не знала. Может, она сталкивать с ним пару раз в супермаркете? Да нет, вроде бы никогда не видела его. И все-таки смутный вопрос терзал девушку изнутри, поэтому она не выдержала и выпалила:
— Извините, но я вас впервые вижу, — она отвела взгляд в сторону.
— Хей, Эбби, у тебя классные волосы, — произнес мужчина и тем самым привлек внимание Миллер.
Тут же Эбби стала возобновлять какие-то картинки в своей памяти. Девушка вспомнила, как впервые пришла в студию брата и как один из музыкантов выкрикнул: «Хей, Эбби, у тебя классные волосы».
Да, ее тогда очень сильно задевал цвет ее волос, почти каждый делал ей упреки по этому поводу, и, когда солист произнес это, девушка жутко рассмеялась, ведь она сочла это за шутку.
Переведя взгляд на мужчину и закрывая «вкладку воспоминаний», Миллер выкрикнула:
— Ричи, это ты?