Зато работа по душе, достойный заработок для советского инженера, хотя и существенно, пониже инженеров "Интел" такого же уровня. Но здесь сам сглупил, не мог даже вообразить, что по вопросу заработной платы можно и нужно было высказывать свои пожелания, при подписании контракта.
Компания арендовала для семьи ученого небольшой, двухэтажный дом площадью сто шестьдесят квадратных метров. Дома стояли непривычно для русского человека. Практически вплотную друг к другу, без ограды, лишь внутренняя, от дороги сторона дома выходила, как бы в общий протяженный на весь квартал двор, в котором, традиционно по выходным, народ жарил свои барбекю и тосты и устраивал вечеринки.
Детей ученый определил на учебу, купил подержанный форд и был на седьмом небе от счастья, вспоминая разруху в лаборатории института в девяностом году.
Поработав до обеда, Пентковский напомнил сам себе русскую поговорку "работа не волк, в лес не убежит", собрал бумаги и решил прокатиться в итальянскую пиццерию "La Paloma", в центре города. Уж больно ему приглянулось непритязательное, но очень вкусное блюдо итальянской кухни.
Народу как всегда было немного, редкие посетители, не торопясь дегустировали пиццу, заказать можно было кусочки разного сорта. В углу над стойкой бубнил постоянно включенный телевизор. Сонная, размеренная жизнь провинциального городка, никому нет до тебя дела. Пентковский расположился за столиком у окна, дождался официанта и сделал заказ.
Ожидая заказ, Пентковский посматривал в окно и исподтишка рассматривал посетителей. Звякнул колокольчик на двери, впуская очередного посетителя.
В помещение зашел молодой человек со стильным портфелем и не торопясь огляделся.
— Не возражаете, — вежливо спросил посетитель, сделав пару шагов к Пентковскому.
Выразительно глянув на столик в глубине помещения и не найдя отклика в глазах посетителя Пентковский пожал плечами и кивком указал на стул напротив себя: — пожалуйста.
Подошедший официант, выгрузил заказ на столик, пожелал приятного аппетита и уточнил у нового посетителя его предпочтения.
Пентковский зажмурившись впился зубами в сочный кусок "Пипперони".
— Пожалуйста "Пипперони" пару кусков, — ткнув в карту меню, сделал аналогичный заказ сосед.
Дождавшись, пока инженер расправится с пиццей, сотрапезник нейтрально произнес:
— И как вам погода за окном?
— Погода, как погода, — промокая губы салфеткой, умиротворенно ответил Пентковский, — мерзская, днем еще ничего тепло, а по утрам зябковато.
— А, в Москве, — мечтательно протянул сосед, переходя на русский, — снег… мороз и солнце…
— День чудесный, — взволнованно продолжил Пентковский, — какими судьбами? По мою душу?
— Да, Владимир Мстиславович, по вашу, разрешите представиться, второй секретарь Консульства России в Сан-Франциско Иваненко Илья Сергеевич.
— Точно Иван Сергеевич? — подозрительно зыркнул Пентковский.
— Точно, точно. Точнее не бывает! У меня задание от администрации президента, передать вам одно предложение… Но, для начала, прошу посмотреть эти документы.
Иваненко расстегнул портфель, достал пластиковую папку с файлами и передал Пентковскому.
Пентковский опасливо открыл папку и с нарастающим удивлением быстро пролистал содержимое.
На заголовке каждого листа бумаги красовался фирменный логотип "United States Patent and Trademark Office" — ведомства по патентам и товарным знакам США, в каждом файле лежал патент на комплектующие и архитектуру ЭВМ Эльбрус-3, документация на который сейчас находилась в разработке его лаборатории:
— суперскалярные машины: Эльбрус-1, 2, 3
— язык программирования высокого уровня, прикладного программирования, управления заданиями, системного программирования Эль-76.
— 32-разрядный микропроцессор Эль-90 для Эльбруса-3: с выдачей до трех команд за такт, упрощенным набором команд (по сравнению с Эльбрус-2), исполнением команд за один такт, аппаратной поддержкой языка программирования высокого уровня, раздельными кэш команд и данных по 32KB, конвейеризованным устройством вещественной арифметики, поддержкой многоуровневой иерархии памяти, кэш первого и второго уровня, поддержкой мультипроцессорности (до 10 процессоров), режимом "сверхнадежных вычислений".
— Есть еще одна такая же папочка, подал голос Иваненко, — от "European Patent Office" — Европейского патентного офиса в Мюнхене. Патенты нам помогла получить юридическая фирма "Baker & McKenzie" в Великобритания, входящая в топ двадцати пяти юридических фирм мира, также она взялась за юридическое обслуживание правообладателя патентов, вашего родного института точной механики.
— И к чему вы мне это показываете? Собрались судиться с Интелом? Ставить мне палки в колеса?
— Почему бы и нет? Будет необходимость, посудимся. Но вы правы, предложение не в этом.
— И в чем ваше предложение? — недоумевающее спросил Пентковский.
