"В кабинет или вниз встречать незваных гостей? — озадачился я некстати вопросом. — Все-таки в кабинет, там я хозяин, а в коридоре, на входе встречать, слишком много чести. Жаль побриться не успел, рожа будет не фотогеничная".
Не к месту вспомнил Горбачева в трениках с отвислыми коленками и зачухонском свитере, обиженно плачущем в камеру, не по феншую, вишь, его арестовали противные гэкачеписты.
Я подошел к зеркалу и внимательно осмотрел себя, расправил складки рубахи на боках и застегнул пуговицу на рукаве. Закончив прихорашиваться, занял рабочее место за столом и приготовился к ожиданию неприятностей, изобразив позу Роденовского мыслителя, подперев щеку рукой.
Неприятности себя ожидать не заставили, гусеницы, явно танка, судя по реву мотора, клацнули последний раз прямо возле входа, танк стрельнул выхлопной трубой и взревев напоследок мотором замолк.
"Уже в здании", — отметил я хлопок входной двери. — "Неужели охрана драпает", — удивился я, услышав топот по лестнице с первого этажа на второй, — "вероятно охрана тактически отступает, поспешая мне на помощь", — съязвил я сам себе.
Несмотря на закрытую дверь в кабинет, снизу доносился шум словесной перепалки и ругани на повышенных тонах.
Я передвинул к себе поближе папку с бумагами и достал черновик документа, над которым начал работу еще три дня назад. Положив документ перед собой я взял ручку и сосредоточился.
"Указ президента Российской Федерации № ____. (проект) "Об объявлении Чрезвычайного положения на территории Российской Федерации".
Страна, как допотопный паровоз несется в пропасть, заброшенные мной под колесные пары, неимоверными трудами, башмаки дымятся разбрызгивая искры, а пассажиры всех классов от спального до общего вагона играют в карты на интерес, гуляют и пьянствуют в вагоне ресторане, поддают в закрытых купе, с остервенением подъедают запасы, взятые с собой в дорогу и ждут команды проводников об объявлении остановки "Светлое будущее". В то же время одни, наиболее ушлые сограждане, обшаривают карманы спящих соседей, освобождая их от излишней собственности, другие вскрывают багажный вагон выбрасывая на полном ходу ценные вещи, а самые продвинутые и самостийные проводники, стремятся отсоединить свой персональный национальный вагон и пустить его в свободное плавание на другой путь, дергая за стрелки на полном ходу. И кому какое дело, что один вагон сам по себе никуда не поедет, главное процесс и возможные в ходе его преференции и дивиденды!
Нет, только брать за горло и гнать, гнать в это будущее пинками. Больше никакой возможности направить вектор устремлений общества в нужную сторону я не вижу. Здесь, пожалуй, надо не чрезвычайное, а военное положение вводить!
Первоначальные топтуны топтались перед входом в кабинет, поскрипывая рассохшимся паркетом, не решаясь заглянуть и доложить о ситуации.
"Не справился со своими обязанностями Горелов, не тот характер, однако. Зря я его на этом посту утвердил, думал дать человеку шанс, но если есть гнильца, то… В прошлом он обгадился, закрывая глаза на торговлю секретными зенитно-ракетными комплексами, коменданта Кремля с американцами, за что его и кончили и сейчас облажался.
Что за служба охраны президента, сдающая позиции без попытки сопротивления? Оклады им, зарплаты, квартиры и льготы, а чуть что лапки кверху?" — грустно констатировал я факт, услышав уверенно-наглый топот, приближающийся к кабинету.
Обостренный от всплеска адреналина слух, четко фиксировал не соответствующие повседневной обстановке звуки.
После осторожного стука, дверь приоткрылась и начальник смены охраны, стыдливо отводя глаза в сторону, не входя в кабинет, доложил: — Борис Николаевич, тут эта, к вам пришли…
В кабинет, отодвинув плечом начальника смены охраны, уверенно ввалилась полувоенная группа товарищей. Два подполковника, майор и трое гражданских при полном параде, дошли до середины кабинета и притормозили, наткнувшись на мой бешеный взгляд. Следом в дверях нарисовался кинооператор с помощником, снимая на пленку исторический момент.
Я предельно аккуратно положил ручку на стол и, откинувшись в кресле, надменно посмотрел на незваных гостей, сложив руки на груди.
— Каким ветром, вас занесло ко мне спозаранку, господа хорошие? — презрительно процедил я, прервав затянувшуюся паузу, — ни здрасьте, ни извините.
Один их гражданских соизволил представиться: — Заместитель начальника следственного комитета Игоршин, позвольте вручить вам ордер на арест, распишитесь пожалуйста.
Игоршин подошел ближе, положил ордер на край стола и ретировался назад на середину кабинета.
— И кто такой…борзый, что президентов арестовывает?
К разговору подключился второй гражданский, лощеный господин, в строгом костюме, выдвинутой вперед челюстью и стальным взглядом опытного нквдэшника. Выйдя немного вперед и заняв позицию, наиболее выгодную для исторической съемки, товарищ отчеканил:
