— Конституционный Суд Российской Федерации признал не соответствующими конституции ряд Указов Президента Ельцина, что является основанием для прекращения президентских полномочий. Верховный Совет десятого января, большинством голосов, объявил о прекращении полномочий президента Ельцина.
"Как они преодолели кворум, при отсутствии почти половины состава?"
— И какое же преступление совершил гражданин Ельцин, что к нему надо вламываться ночью, такой теплой компанией, используя столь экстравагантные средства, как танки и кто вы такой?
— Я следователь прокуратуры по особо важным делам, Геращенко. Ордер подписан заместителем генерального прокурора Российской Федерации Соловьевым, на основании Постановления Верховного Совета Российской Федерации о признании Ельцина Бориса Николаевича виновным в измене Родине, путем подготовки и организации заговора с целью неконституционного захвата союзной власти, упразднения действовавших союзных институтов власти, противоправного изменения конституционного статуса РСФСР. Вы обвиняетесь по Статье 64 Уголовного Кодекса РСФСР измена Родине и статье 275 Государственная измена.
— А это я так понимаю почетный конвой. Или сразу расстрельная тройка? — Не меняя позы, язвительно бросил я, кивая на группу офицеров.
Телеоператор оперативно перевел фокус камеры с меня на военных. Солиднобрюхий подпол, с рожей в полтора меня прежнего, неожиданно тонким дребезжащим голоском пропищал:
— Я заместитель командира полка внутренних войск Коваленко, временный начальник вашей охраны, до принятия судом решения о мере пресечения и месте вашего содержания. Присутствующие офицеры возглавляют воинское подразделение, заменившее президентскую охрану. Вам предписано находиться с семьей исключительно в ваших апартаментах. Прошу подписать ордер и покинуть рабочий кабинет. Здесь будут проводиться следственные действия и выемка документов.
"А вот хрен вам по всей морде, не буду облегчать задачу новоявленным путчистам".
Дождавшись перевода камеры на меня, я рубанул правду матку громовым голосом:
— Верховный Совет не имел необходимого кворума для принятия такого решения, по причине отказа здоровой части депутатов учувствовать в том фарсе, как и не имел соответствующих полномочий. Как минимум такое решение должно быть утверждено Съездом. Поэтому заберите свою туалетную бумажку, пригодится в будущем использовать по прямому назначению. Ваша компания здесь и сейчас представляет собой группу заговорщиков от дегенератов депутатов, осуществляющих вооруженный силовой захват власти, путем нападения на высшее должностное лицо государства.
Из кабинета я добровольно не уйду.
Коваленко растерянно оглянулся на группу поддержки и неуверенно крякнул: — Гражданин Ельцин, по закону вы обязаны ознакомиться с ордером и выполнять все наши требования, или меры пресечения будут ужесточены.
— Что, в Матросскую тишину, или в подвалы Лубянки препроводите? Может, прямо здесь расстреляете? Определитесь сначала, а пока вон из кабинета, не мешайте работать, — порвал я шаблон происходящего фарса.
Арестовыватели, поставленные перед фактом столь жесткого противостояния с моей стороны, растерялись. Самим применить силу и вывести меня из кабинета не по чину. Солдатиков привлечь, побоятся выносить сор из избы. Дилемма.
— Вон, я сказал! — Рявкнул я, нарываясь на грубость, подталкивая к непродуманным решениям.
Кинооператор, неслышно перемещался вдоль стенки кабинета, выбирая лучший ракурс, увлеченно снимая происходящее.
— Будьте пока здесь, — моментально сориентировался следователь прокуратуры. Опытный падлюка. — Но только пока! — обозначил Геращенко временны́е границы.
— У входа будет пост охраны, покидать территорию второго этажа вам запрещено. Все остальные на выход. Оператор, прекращайте съемку, материала для следствия вполне достаточно.
Прибывшая команда как ввалилась, так и вывалилась дружной толпой. Я шумно выдохнул расслабившись, достал из ящика стола носовой платок и тщательно вытер вспотевшие ладони. Один-один. Маленькая победа осталась за мной.
"Поглядим еще, чья возьмет. Хасбулатов, ты свой ход сделал, жди ответку!"
Ранним утром воскресенья, к Спасской башне Кремля, под вой сирены машины ГАИ, подкатил кортеж из нескольких представительских автомобилей, в сопровождении двух бронетранспортеров и остановился перед закрытыми воротами. На капотах автомобилей полоскались на ветру флажки с российским триколором.
Слева и справа от ворот на вытяжку стояло два солдата, вооруженных карабинами "на караул". На погонах шинелей красовались вышитые золотом буквы ОКП.
Дежурный по КПП, старший лейтенант Князев, командир первого взвода, первой роты специального караула Кремлевского полка комендатуры Московского Кремля, Главного управления охраны Российской Федерации, удивленно выглянул в окно и, осмотрев колонну прибывших машин, задержался взглядом на бронетранспортерах. Такого сопровождения он еще не видел.
Открылась задняя дверь первого автомобиля и на Кремлевскую брусчатку важно выплыл степенный товарищ, в стильном кожаном пальто.
