Узнав о своей судьбе в "воспоминаниях" американского спецназера, Саддам Хусейн сел за стол переговоров с Ираном и Сирией и все вместе запросили у России связанные кредиты на покупку вооружения и военной техники, рассчитываясь нефтью и концессиями на добычу полезных ископаемых.
"The New York Times" 02.03.1993 года
Первого марта, в Российской Федерации прошел всенародный референдум. Как писал известный русский поэт: "смешались в кучу кони, люди…". На референдум были вынесены вопросы по принятию новой конституции, доверии к президенту и парламенту и проведению досрочных выборов. Референдум проходил под сапогом военных, при тотальном контроле власти, с грубейшими нарушениями основных прав граждан — права на свободное волеизъявление. Формально, в ноль-ноль часов первого марта по времени Петропавловска-Камчатского, военное положение на территории России было отменено, за исключением независимой Чечни и сопредельных с ней районов. Увы, мы не можем предоставить достоверную картину происходящего, так как за два месяца военного положения подверглись репрессиям, были высланы из страны и осуждены по политическим статьям тысячи свободных журналистов, правозащитников, руководящих сотрудников общественных организаций. Российская Фемида объявила их иностранными агентами, под совершенно надуманными предлогами — вмешательством в выборы, работу на иностранные государства, а для сограждан и измену Родине. Поэтому большая часть происходящего в России для нас — terra incognita. Но и то, что удалось добыть нашим журналистам — плевок в лицо всему мировому сообществу. В национальных республиках референдум проходил под дулами танков. Тех, кого военные и полиция расстреливали и арестовывали в ходе демонстраций протеста в январе-феврале, силой оружия принуждали голосовать за конституцию, которая хоронит надежды и чаяния народов России на независимость и суверенитет. Приписки и фальсификации стали нормой в этом фарсе демократии. Надо ли удивляться, что и явка была в среднем по стране девяносто процентов, и "ЗА" новую конституцию, досрочные выборы и поддержку президента проголосовало более семидесяти процентов избирателей.
Вчера мы простились с Российской Федерацией, посмотрим, что это такое — Россия, сможет ли она встать в строй цивилизованных держав или над ней всегда будет довлеть дамоклов меч имперского Советского прошлого.
Ну вот, я бы не сказал, что поперло, но сдвиги в отдельных секторах экономики есть и существенные. Все станкостроительные заводы получили госзаказ на производство, всего чего смогут и еще больший заказ на то чего не могут, но очень желается нашей промышленности. Основные приоритеты: автомобиле и судостроение, производство полупроводниковых электронных элементов, интегральных схем. Для высвобождения трудовых ресурсов, промышленных площадей и оборудования в приказном порядке был существенно сокращен выпуск убогой советской электроники: телевизоров, радиоприемников, магнитофонов и прочего ширпотреба. Лучше меньше да лучше был выдвинут старый, но актуальный девиз.
Для концентрации усилий создали консорциумы: автомобильные, авиационные, дорожностроительные, связи, микроэлектроники, вычислительной техники. С целью сокращения сроков разработки и внедрения новых электронных элементов, каждый радиозавод, был прикреплен к конкретному научно-исследовательскому институту, являясь практически промышленной площадкой института.
С другой стороны в консорциумы входили промышленные и добывающие предприятия. Сокращались технологические цепочки: сырье — товар. Так был создан концерн микроэлектроники и вычислительной техники в который вошли: Новосибирский Научно исследовательский институт вычислительной техники, в академгородке, Бердский радиозавод "Вега", Бердский электромеханический завод, Новосибирский приборостроительный и, с учетом перспективы, что вся связь тоже будет цифровая — Новосибирский Институт связи. В консорциум вошел Воронежский полупроводниковых приборов и такой же вновь созданный завод в Новосибирске.
Созданием консорциумов руководили возрожденные, по образцу СССР министерства. Я лично, ежемесячно, заслушивал на совещании кабинета министров о ходе создания консорциумов и практических результатах. Причем все словоблудие я отметал сразу.
Держал морду кирпичом и говорил: "Покажь, шта получилось. Где микросхэма, панимашь? В январе маленькая панимашь, а в феврале побольше, и чтобы ножек, ножек побольше… И куды ее уже воткнули, тоже покажь, панимашь".
И попробуй не покажи. После того как первые заместители министров стали министрами, а кое где и вторые — за неисполнительность первых, то приносили и показывали всякую хрень, но хрень, на удивление работающую, что-то считающую, учитывающую, управляющую и так далее.
