Первые урожаи снимали уже в июне и, как всегда, в зоне "особо опасного" земледелия, типа Новосибирской области, зерновые убирали уже под первым снежком.
Не смотря ни на что, хлеба собрали сто пять миллионов тонн. Более чем достаточно для России, если сохранить в полном объеме, но учитывая, что среднеазиатские республики не преминут попросить на прокорм, а население скотину тоже хлебом прикармливает, то проблема встанет во весь рост.
Хлопком единым и арбузами с абрикосами сыт не будешь, а пшеницу в Средней Азии отродясь не садили. И как теперь быть? Кормовое зерно покупать не на что, а с кормами в России напряженка.
Часть хлеба туда уйдет, в частном секторе без всяких сомнений! Придется вводить талоны на хлеб, мясо свое употребим, а недостаток закажем в Аргентине, у них трава круглый год растет, есть чем скотину кормить. Построим им в обмен несколько подводных лодок.
Собранный урожай выкупили по фиксированным ценам и заложили большей частью на вновь построенные областные склады, обеспечили "северный завоз". Водка, хлеб, овощи, фрукты, крупы, молоко, масло и сметана, мясо птицы отпускались по талонам по фиксированным ценам. Реализация указанных продуктов в коммерческой торговле была запрещена. Туда перекочевали дорогие колбасы, копчености, сыры, элитный алкоголь, икра красная, полуконтрабандные продукты питания из-за кордона.
Попутно со сбором урожая пограничники Тихоокеанской и Каспийской флотилий, МВД и военные с переменным успехом боролись с браконьерской добычей красной икры на Сахалине и в Приморье, черной на Каспии, омуля и Байкальского осетра в Бурятии, крабового мяса и красной рыбы в акватории Курильских островов. Приказ по противодействию был прост как пять копеек, команда на остановку и досмотр, при попытке к бегству топить без разбора наш или нет. Если найден хоть один хвост — помимо уголовного дела конфискация орудий преступления и средств доставки: катеров, лодок, автомобилей.
Чтобы на равных противодействовать скоростным катерам браконьеров задействовались вертолеты и патрульные самолеты авиации Вооруженных Сил. Посменно барражируя на границе территориальных вод России, они предупредительным, пушечно-пулеметным огнем загоняли удирающих от пограничников, в направлении нейтральных вод, браконьеров обратно в ласковые руки групп досмотра.
Ноты протеста Японии и Ирана по утопленным рыбакам, по нарушению Россией международных норм судоходства, презумпции невиновности завалили наши посольства в Тегеране и Токио. Как можно топить браконьеров? Их же ловить надо и судить! Чуркин дал ответ, если надо ловите и судите, когда они приплывут на вашу территорию, а на своей будем топить. Ну, поймаем, если догоним. Торопиться, на износ движков, точно не будем.
Китайцы строили свои мосты через Амур железнодорожный и автомобильный и выделенный участок автострады Владивосток-Москва, самостоятельно решая вопросы доставки, проживания, питания рабочих, их смены вахтовым методом. Металлопрокат и цемент, бетон и дорожно-строительная техника шли только с Российских заводов.
И ведь хорошо строили, что мосты, что дороги. Проблемы начинались при стыковке нашей части дороги с китайской. У них, сволочей она почему-то на пол метра шире оказывалась поначалу. Да и при контрольной проверке состава асфальтобетона и его толщины, увы…
Вот, что значит не везет так не везет — русского языка китайские рабочие не знают, кому стройматериалы толкнуть проблема, себе домой двор заасфальтировать — везти далеко. Правда для русских вахтовиков, экономящих стройматериалы в свою пользу, последствия в таком случае были другие, чреватые продолжить стройку в другом качестве, на поселении, за тридцать процентов от прежней зарплаты.
Порт Владивостока начал прорисовываться в грандиознейший мировой терминал. Проект заказали китайцам, с задачей учесть строящийся новый шелковый путь, автотранссиб и скоростную железнодорожную магистраль. Они с задачей справились успешно и получили подряд на строительство порта со всей сопутствующей инфраструктурой.
Рассчитаться я договорился с китайским коллегой путем обмена на строительство двух атомных станций и договорился о строительстве еще двух грузовых портов в Новороссийске, судостроительного завода во Владивостоке и двух десятков международных аэропортов в обмен на поставку ста самолетов СУ-27 и продажу двух бэушных атомных подводных лодок.
В Приморской и Ленинградской исключительной торговой зоне сотнями открывались, совместные с иностранным капиталом, предприятия по схеме пятьдесят на пятьдесят.
Вновь, с нуля созданные предприятия освобождались от налогов на прибыль: торговые и посреднические на год, сельскохозяйственные на пять лет, производственные предприятия на пятнадцать лет, но только при условии, что процент импортных комплектующих и сырья не превышал двадцати пяти процентов. Обязательным требованием было не снижении объемов выпускаемой продукции.
