Ситуация в стране не добавляла оптимизма, стремительный взлет цен и задержки в финансировании содержания академии наук и в выплате обесценивающейся на глазах заработной платы на фоне распада СССР, поставили многих ученых и научных сотрудников перед нелегким выбором — существовать и выживать на нищенское финансирование или попытать счастья в другой деятельности.
На рассмотрение ученого сообщества были предложены поправки во временный Устав РАН, во многом он являлся компиляцией Устава АН СССР, уточнение структуры и задач РАН.
Открыл собрание Президент Российской академии наук Осипов Юрий Сергеевич:
— Мы все сейчас переживаем трудный, сложный и драматичный этап в жизни Российской Академии Наук. Распад СССР, попытки развала АН СССР и ее дискредитации создали значительные трудности в работе РАН. Но не смотря на все проблемы в стране политические и социальные, экономические и прочие академия сохранила свое единство, свою ведущую роль как единый научный центр России и, смею надеяться, и мировой науки, — вещал с трибуны Осипов.
На трибуну один за другим поднимались руководители отделений РАН и докладывали коллегам о достижениях руководимых ими отделений.
Судя по тональности выступлений и оптимизму ораторов единственной существенной проблемой является недостаточное финансирование. Но если вопросы финансирования, повышения заработной платы будут решены, то научная мысль взлетит в заоблачные выси или продвинется в неведомые дали.
Бывший руководитель института точной механики и вычислительной техники (ИТМиВТ), а сейчас заместитель директора Вычислительного центра коллективного пользования (ВЦКП) Всеволод Сергеевич Бурцев, скучал сидя на галерке зала заседаний РАН. Ничего нового в выступлениях он не услышал и надежд на изменение ситуации в науке не питал. Финансирование проекта "Эльбрус" по созданию супер ЭВМ было заморожено, как и финансирование других проектов аналогичных по смыслу и содержанию. Поэтому все мысли заслуженного ученого сводились к извечным российским вопросам как быть и что делать?
Мастистые академики звеня наградами и потрясая регалиями продолжали убеждать друг друга в своей незаменимости, а немногочисленные молодые ученые шушукались в стороне обсуждая свои проблемы.
На сцене заседал президиум РАН, секретарь по неведомому, заранее согласованному графику представлял слово академикам и следил, чтобы никто не превысил регламент выступлений.
— Слово предоставляется Дмитрию Владимировичу Ядову — директору института конкретных социальных исследований РАН, — отчетливо представил очередного выступающего секретарь президиума.
Директор института важно пронес свой трудовой мозольдо трибуны, откашлялся, бросил взгляд на президиум и приступил к докладу:
— В процессе многолетнего исследования мотивационной сферы, проводимого группой наших ленинградских социологов и социальных психологов и роли данной сферы в саморегуляции социального поведения личности, объективной обусловленности мотивации и ее отражения в самосознании была подтверждена гипотеза о структуре ценностных ориентаций и социальных установок личности, образующих диспозиционную систему. Проблемы соотношения осознанных желаний личности с ее реальными действиями и прогностической ценности информации о диспозициях личности особенно актуальны в наше время для предсказания некоторых форм социального поведения людей, общественных организаций и определения долготекущих перспектив и прогнозов дальнейшей эволюции социума! — экспрессивно рубанул рукой Ядов, завершая мысль.
"Вот это выдал, — задумался Бурцев, пытаясь осознать смысл прозвучавшей фразы. Смысл никак не давался, потому-что дальнейшее повествование Ядова напрочь отключало мозг, отправляя его на перезагрузку. — Да, оперативной памяти явно не хватает, и буфер обмена маловат, а Ядов-то явно прошел апгрейд головного мозга или в высшей партийной школе или на западе, много говорить ни о чем надо уметь!"
Общее собрание РАН катилось по наезженной колее партийных съездов и прочих собраний самовосхваляющих, самодовольных докладов и не давало повода усомниться в том, что и на сей раз результаты будут другими.
На открывшуюся дверь в зал заседаний и проскользнувшего к столу президиума худощавого посетителя вначале никто не обратил особого внимания.
Внезапно, очередной выступающий, активно славословящий членов президиума РАН, за возможность плодотворно руководить отделением экономических, философских и правовых наук запнулся на полуслове, по отмашке Осипова быстро свернул разглагольствования и оставил трибуну.
Юрий Сергеевич, подошел к трибуне и попросил внимания:
— Уважаемые господа академики, члены-корреспонденты и научные сотрудники, наше собрание посетил и просит слова президент Российской Федерации. Я думаю, мы сможем выкроить время в своем напряженном графике и послушать, чем президент и правительство может помочь нашей науке?
Я поднялся на подиум, подошел к трибуне и громко произнес:
— Здравствуйте уважаемые товарищи ученые!
Зал взорвался аплодисментами, как же сам президент посетил их кулуары, и продолжил:
