Сразу взял на прицел источник звука, предосторожность превыше всего. Аккуратно сделав единственный возможный шаг в сторону, я подошел ближе, чтобы разглядеть, кто же там такой прячется. За последним рядом, между стеной и креслами, сидит девушка… Та самая, что я видел на крыше. Только почему она руки так странно держит? И где тот парень, что рядом с ней был?
Так руки связаны! А парень… Теперь мне показался тот труп без головы удивительно знакомым, будто я уже видел его… Там, на крыше. Гадство!
– Что с тобой случилось? – сразу к ней не бросился, сначала осмотреться надо, вдруг, где ловушка…
– Живой, – прошептала она, не веря своим глазам.
– Нет, блин, мертвый и гнилой, – попытался я пошутить, но прикол получился уж слишком злободневный и несмешной, – что с тобой, повторяюсь?
– Уходи отсюда, – внезапно отмахнулась она, совершенно сбив меня с толку.
– Как уходить? Ты же сама о помощи просила…
– Я не… Не просила я! – а потом сама замолчала, переваривая абсурдность собственных слов, – Не я просила… Заставили… Уходите, они сейчас вернуться!
– Кто пришли? И с какой радости я тебя тут брошу… Я тут столько нервов потерял, чтобы сюда добраться и уйти несолоно хлебавши… Нет уж, уволь…
Повесил автомат на спину, а фонарик снял и взял в правую руку.
– Сейчас развяжем и уйдем отсюда, а кто против будет, получит по морде,
– говорил я спокойно и ласково, во всяком случае, пытался, как с маленькими детьми. Было у меня подозрение, что она не совсем в своем уме.
Тут не только руки связаны, но и ноги… Черт, они не просто вязаны… Тут даже узлов нет. Кто-то так сильно стянул провод, что он просто впился в кожу. Накрепко намотали, чтобы сам собой не раскрутился, да так и оставили. Я даже не знал, где ухватится, концов не найти было. А дергать я боялся. Только лишние страдания причиню, ей и так досталось. У кого же силища такая, чтобы проводом кожу разрезать, намотав на ногу.
– Терпи, – сказал я, а сам полез за ножом. Достав необходимое мне лезвие, аккуратно разрезал путы в единственно возможном месте, где они хоть чуть-чуть проявлялись из-под посиневшей кожи.
Она дернулась, когда провод разошелся, и закричала бы, если я не зажал ей рот.
– Молчи, – прижал я палец к своим губам, – терпи, по-другому не получается.
Сунул ей фонарик в зубы, чтобы не кричала, начинаю разматывать провод, делая это как можно аккуратнее… О дерьмо… там даже живого места не осталось… Сплошной рубец окровавленный. Каждый моток оставляет кровоточащую глубокую полосу в коже.
– Да кто же это сотворил! – возмутился я.
– Брось меня, уходите, молю вас, – чуть не заплакала, даже толкнула меня пару раз в плечо…
– Да что такое?
– Это ловушка… А я просто приманка…
– Что?! – я прям так и сел, – И кто это устроил?
– Не кто… Что…
– Что?!
Первую секунду я просто не мог понять, про кого она говорит, а потом вспомнил, где нахожусь. Зомби… Этого же быть просто не может… Они не могут быть настолько умны…
– Сверху! – заорал позади меня Егор, заприметив что-то.
И вслед словам хлестанула автоматная очередь. Нечеловеческий рев и ряда за два от меня свалилось что-то большое и вонючее.
– Йййеетить! – из горла вырвался непонятный звук, когда холодок страха пробежал у меня где-то в районе подмышек. Это что-то вполне самостоятельно двигалось и шевелилось, даже получив несколько пуль из автомата. Сдернув со спины автомат, я не целясь, всадил половину магазина в ту сторону, одновременно вскакивая на ноги и теряя свой фонарик. Движение вроде прекратилось, только беспокойно мечущийся луч света Егора. На секунду замер, высветив изуродованное тело, такое трашное, что я совершенно инстинктивно всадил в него еще несколько патронов.
Ярко резанув по глазам, мой единственный источник света укатился куда-то под кресла вниз. Его потеря меня не особенно расстроила, в автобусе таких целый ящик. Гораздо страшнее, что я теперь без света. А ползать между сидениями в его поисках, когда такое сверху падает, мне не хотелось. Вон, Егор бежит. Фонарик из стороны в сторону дергается… А что же это там свалилось?
– Егор! Посмотри, эта штука еще живая?
– Миш! Ты живой! Я чуть не обделался, кого эта хрень из служебки вылезла и к тебе пополза.
– Что? Прям по стене? – поразился я, и задрал голову.
Там, прямо под потолком, было несколько служебных окошек. В одном из таких должен стоять проектор, по которому и крутят кино на большом экране. На чтобы оттуда вылезти, надо очень постараться.
В свете Егорова фонарика рассмотрели нашего кинооператора. Мутант… Слабенький, я и похлеще видал. Быть не может, чтобы у него на ловушку мозгов хватило.
– Я почти всю обойму в него высадил, – пожаловался Егор, – думал, хоть не убью, так со стены сшибу.
Сшиб. Хоть на этом спасибо. А вот я его и нафаршировал пулями… Голову и половину груди просто в фарш превратил… Черт, меня тошнит…
– Берем девчонку и сваливаем, – кивнул я головой в сторону пленницы, – боюсь я, что это не тот, кто все устроил…
– Уходите, пожалуйста, – молила девушка, заметив, что мы вновь вернулись…
– Идти сможешь? – спросил я, пропустив мимо ушей ее просьбы.
