– К тому же если ты убьешь меня, то никогда не вернешь паспорта. А в твоем положении будет очень трудно сделать новый. Если даже ты найдешь нужных людей, они обдерут тебя как липку, а потом сдадут «Коттер-Маккану».
Рейчел посмотрела ему в глаза. Было ясно, что это проняло его.
– У тебя ведь не осталось никого, кому ты можешь доверять, правда?
Он стряхнул пепел в окно.
– А ты что, предлагаешь доверие?
Она покачала головой:
– Я его требую.
– Допустим, – сказал он спустя некоторое время. – Что тогда?
– Для начала ты несколько дней спасаешься от всех преследователей, как заяц от облавы. А мы с Хайей и А-Бэ в это время катаемся по каналам в Амстердаме.
– И тебе очень нравится эта перспектива.
– В определенное время ты получишь паспорт, который я вышлю.
Брайан затянулся настолько яростно, что табак внутри сигареты затрещал.
– Ты не можешь так со мной поступить.
Она выбросила свою сигарету в окошко.
– Но я уже поступила так, дорогой.
– Я спас тебя.
–
– Спас тебя из тюрьмы, в которой ты сама себя заперла. Я
– Ты хочешь, чтобы я поверила, что ты любишь меня? – Она притормозила на обочине и резко перевела рычаг передач в положение «парковка». – Тогда позволь мне выехать из страны, дай доступ к деньгам и
Он отвернулся и стал глядеть на серую дорогу, синее небо и желтые поля, предвестники близкого лета.
«Вот теперь он начнет угрожать мне», – подумала Рейчел.
– Хорошо, – сказал он.
– Что «хорошо»?
– Я дам тебе то, что ты хочешь.
– Что именно?
– Ну… все, по-видимому.
– Все мне не надо. Мне нужно доверие.
Он грустно улыбнулся своему отражению в стекле:
– Это одно и то же.
Когда они выехали на междуштатную автостраду, Брайан послал Хайе эсэмэску. Ответ Хайи ему не понравился – во второй раз за сутки.
Они договорились, что Брайан напишет: «Как дела?» Если бы все было в порядке, Хайя должна была написать: «Отлично», а если нет: «Все хорошо».
Хайя прислала ответ: «Все о’кей».
В Вунсокете он велел Рейчел подняться на вершину холма и проехать несколько кварталов в южном направлении. Они тащились по пыльному подобию улицы, которая упиралась в холм из мусора, раскрошенной штукатурки и гнутых прутьев арматуры. Отсюда отлично было видно реку, фабрику и домик сторожа. Брайан достал из перчаточного ящика бинокль и, настроив фокус, стал смотреть на дом.
– Занавеска в буфетной не опущена, – сказал он.
Воробей в груди у Рейчел встрепенулся. Брайан протянул ей бинокль, и она тоже увидела окно буфетной.
– Может, забыла, – предположила Рейчел.
– Может быть.
– Но ты ведь дал ей очень точные указания.
– Да, очень точные, – согласился он.
Некоторое время они сидели, передавая друг другу бинокль и наблюдая за домом. Рейчел показалось, что в дальнем левом окне второго этажа шевельнулась какая-то тень, но она не была уверена в этом.
Однако на самом деле они уже все знали.
Рейчел вдруг ощутила завихрения в желудке, воздух стал слишком разреженным.
Наконец Брайан сел за руль. Они спустились с холма, проехали чуть дальше того места, где припарковались накануне, и подобрались к фабрике с севера, свернув на старую дорогу для грузовиков, которая тянулась параллельно железнодорожной колее. При дневном свете руины фабрики представляли собой еще более печальное и величественное зрелище, напоминая выжженный солнцем скелет убитого царя богов с останками приближенных вокруг него.
Среди развалин ближайшего к реке здания они обнаружили припаркованный пикап. Северная стена здания обвалилась, второго этажа практически не существовало. Пикап, огромная черная «сьерра» – не машина, а настоящий зверь с грубыми формами, – был рассчитан на работу в тяжелых условиях. Бока и колеса автомобиля были покрыты засохшей грязью.
Брайан положил руку на капот:
– Не горячий, но и не совсем остывший. Они прибыли сюда недавно.
– Сколько их?
– Трудно сказать. Мест в автомобиле пять, но вряд ли они приехали впятером.
– Почему?
Он пожал плечами:
– Рабочая сила дорого обходится.
– Проще потратиться на нее, чем потерять семьдесят миллионов.
Брайан окинул взглядом заводскую территорию, так, будто не замечал деталей. Рейчел знала, что таким образом он готовится к решительным действиям.
– Ты хочешь драться с ними? – спросила она.
– Я
– Например, уехать прямо сейчас, не заходя в дом.
Он наклонил голову:
– И оставить Хайю и А-Бэ у них в руках?
– Можно сообщить полиции. Хайя притворится, что ничего не знает.
– Если появится полиция, бандиты могут убить Хайю и ребенка, или взять их в заложники, или перестрелять полицейских. Что им помешает?
– Ничто, – согласилась она.
– Так ты считаешь, что нам надо уехать и бросить их?
– А ты?
– Я первый спросил. – Он едва заметно усмехнулся. – Как говорил тот бандит на Гаити?
– Ты хочешь поступить благородно? Или хочешь остаться в живых?
Брайан кивнул.
– И ты можешь вытащить нас из этой передряги?
