Брайан свернул влево около «Вестина», и Рейчел на миг потеряла его из виду. Но именно здесь терять его не следовало: у него был слишком большой выбор. Он мог сделать круг и выехать на Массачусетскую автомагистраль, мог поехать прямо, по Стюарт-стрит, или свернуть на Дартмут-стрит и направиться в Саут-Энд. Так он и сделал, и Рейчел заметила вспыхнувший стоп-сигнал его «инфинити». Но теперь, повернув направо вслед за Брайаном, она лишилась прикрытия в виде такси, которое поехало прямо. Брайан был примерно в полуквартале впереди нее, и, если бы она приблизилась к нему, он мог бы разглядеть ее лицо в зеркале заднего вида.
Сначала она подумала, не изменить ли внешность, но затем идея показалась ей дурацкой. Что нужно делать? Загримироваться под Граучо?[45] Надеть маску хоккейного вратаря? В результате она надела картуз мальчишки-газетчика, который носила редко, и темные очки в большой круглой оправе, которых Брайан ни разу не видел. На приличном расстоянии он вряд ли узнает ее, но вблизи этот фокус не пройдет.
Он повернул налево, на Коламбус-авеню, а между ними втиснулся черный «универсал» с нью-йоркским номером. Какое-то время все дружно ехали в этом порядке: вместе свернули с Коламбус-авеню на Арлингтон, вместе проехали Олбани и устремились в сторону 93-й автомагистрали. Осознав, что они, возможно, хотят выехать на скоростную автостраду, Рейчел испугалась, что ее вырвет прямо на ветровое стекло. Даже на городских улицах трудно было вести машину из-за шума, опасности столкновения, взрытых отбойными молотками мостовых около стройплощадок, пешеходов, кидавшихся чуть ли не под колеса, других автомобилей, сжимавших ее с боков, перерезавших путь спереди, наседавших сзади. Но там она хотя бы ехала со скоростью двадцать пять миль в час.
Однако горевать было некогда – Брайан уже выезжал на автостраду. Рейчел последовала за ним; казалось, наклонный въезд сам влечет ее вперед. Брайан прибавил газу и рванул через все полосы на крайнюю левую, так что «инфинити» стал раскачиваться. Она тоже нажала педаль газа: это было все равно что пнуть крупный камень и ожидать от него бешеной скорости. Маленький «форд» двинулся вперед, но очень медленно, затем чуть быстрее, затем еще немного быстрее. Когда стрелка спидометра приблизилась к семидесяти пяти милям в час (у «инфинити» это вышло почти мгновенно), Рейчел отставала от Брайана на четверть мили. Она все жала и жала на педаль, оставаясь на второй слева полосе. Когда они проехали Дорчестер и оказались в Милтоне, «форд» отделяло от «инфинити» всего пять машин, и Рейчел неотрывно держала его на мушке.
Она так сосредоточилась на погоне, что забыла свой страх перед скоростной магистралью. Правда, вскоре страх вернулся, но это был не ужас, а постоянный трепет где-то у основания горла и явственное ощущение, что ее скелет хочет выбраться наружу, прорвав кожу. Страх сопровождался горечью и яростью из-за предательства Брайана, едкими, как средство для прочистки водопроводных труб. Сначала еще оставались сомнения, но теперь стало предельно ясно, что Брайан не едет в аэропорт. Логан остался в пятнадцати милях позади. Когда они свернули с 93-й автомагистрали на 95-ю Южную и появились указатели на Провиденс, Рейчел подумала, что Брайан, может быть, решил лететь не из Логана, а из Т. Ф. Грина, единственного крупного аэропорта в Род-Айленде. Она знала, что некоторые предпочитают его из-за вечного столпотворения в Логане. Но она знала и другое: в Москву оттуда не летают.
– Ни в какую долбаную Москву он не едет, – заявила она вслух.
Это подтвердилось, когда миль за десять до аэропорта Брайан включил сигнал поворота и начал перемещаться на правую полосу. В Провиденсе он свернул с автомагистрали на съезд, ведущий к Университету Брауна и находившийся на стыке поселков Колледж-Хилл и Федерал-Хилл. Туда направились еще несколько автомобилей, в том числе и «форд»; Рейчел пропустила перед собой двух водителей. На развилке «инфинити» свернул вправо, а две другие машины – влево.
Рейчел поехала медленнее, стараясь отдалиться от Брайана, но слишком сильно медлить было нельзя. Слева, рыча мотором, промчался «порше», вклинившийся между «фордом» и ехавшей перед ним машиной. Оставалось лишь порадоваться тому, что это ничтожество на ничтожном автомобильчике ведет себя как типичное ничтожество: благодаря этому она опять получила надежное прикрытие.
Но радость ее длилась недолго. У первого же светофора «порше» сместился на левую полосу, откуда разрешался только левый поворот, но вместо поворота просвистел на перекрестке мимо Брайана и вырвался вперед.
Ничтожество есть ничтожество, подумала Рейчел. Чтоб ему. Теперь между ней и мужем не осталось никого, ничто не мешало ему посмотреть в зеркало заднего обзора и узнать ее. Проехали перекресток. Она держалась на расстоянии четырех корпусов от «инфинити», но водитель, ехавший позади нее, уже вытягивал шею, пытаясь понять, почему эта женщина ведет себя так непростительно и не держится вплотную к идущей впереди машине.
