У прилавка Кира не сразу сообразила, что тут к чему, тем более что она ведь не могла с налёта прочитать подписи к картинкам меню на стене. Но, к счастью, картинки оказались вполне понятными, стоило только присмотреться повнимательнее, так что она просто ткнула пальцем, что именно хочет. Продавец понял. Он собрал для неё закуску в белую лепёшку, полил соусом, ловко свернул кулёчком и подал на тарелке вместе с напитком в большой пластиковой кружке. Эдельм тоже что-то себе заказал, расплатился и перенёс поднос на дальний столик – у витрины, но в уголке.
Снаружи, хотя фонари старались вовсю, было уже темно, и потому Кира чувствовала себя в безопасности. Конечно, пока её никто не мог выслеживать, но всё-таки… Приятно думать, что сейчас она может позволить себе поступать безрассудно. Ещё чуть-чуть, и такая роскошь: зайти в забегаловку, взять бутерброд или как эта штука у них называется, посидеть, поглазеть на людей, оставаясь по сути невидимой, потому что никому не интересной – станет ей недоступна.
– М-м! Как вкусно!
– Да, здесь неплохо готовят гескаль.
– А что ещё здесь готовят?.. Да, знаю, дурацкий вопрос. Хорошо было бы постепенно всё перепробовать, но, боюсь, такой возможности у меня не будет.
Эдельм посмотрел на неё исподлобья, напряжённо, но в этом напряжении было предостаточно и улыбки, и желания успокоить. Он не то чтобы искал ответа, он скорее хотел подбодрить.
– Чего именно вы боитесь? Может быть, скажете?
– Да я бы сказала, но и сама не вполне понимаю. – Она на время замолчала, обкусывая лепёшку. – На самом деле, больше всего я боюсь наделать глупостей. Мои глупости могут стоить другим слишком дорого, эта мысль обескураживает, даже напрягает. Только без ошибок обычно не обходится.
– Вас легко понять, – усмехнулся Синна. – Но вы ведь не в одиночестве. У вас есть советники.
– Мда… И напиток вкусный… Понимаешь, мне жутко даже думать, насколько я раздражаю всех этих высокопоставленных людей тем, что вынуждаю отвечать мне, раскланиваться передо мной, даже просто делать вид, будто они со мной считаются…
– Они не делают вид, мадам, они действительно считаются.
– Да брось! Ну слушай… Если б я была урождённая представительница какой-нибудь благородной семьи вашего мира… Ну, тогда бы…
Он вдруг стал намного серьёзнее, и потому слова его зазвучали более веско. Убедительно, что ли.
– Нет, и тогда было бы похоже. Вы и тогда были бы женщиной, и в равной степени вам пришлось бы доказывать, что вы способны справиться. Вот вы и докажете. Я почему-то совсем в этом не сомневаюсь.
– Ну и зря, – вздохнула Кира. – Даже я сама сомневаюсь.
– Ничего удивительного. Со стороны-то видней.
Она усмехнулась и подобрала последним кусочком лепёшки остатки начинки с тарелки. Сытость пришла уже давно, но оставлять угощение не хотелось. Было особое и уже подзабытое удовольствие в том, чтоб сидеть в людном кафе и посматривать на других людей, угощаться простенькой, но со вкусом приготовленной едой, и никуда не спешить.
– А на каком принципе работают эти экраны? – спросила она, задумчиво разглядывая проходящих мимо кафе людей. – Они, как понимаю, не дают машине вылететь на тротуар, верно? Значит, они способны поглощать энергию физического удара – не только энергетического?
– Они его не столько поглощают, сколько отражают. Я понимаю, о чём вы. Вы вспомнили об оружии своего родного мира, да? Если обратите внимание, заметите, что вдоль проезжей части тянется барьер. Он станет первой преградой, дальше авто влетит в экран, по которому придётся уже ослабленный удар, распределённый по большой площади и скользящей траектории. Это совсем другое дело, чем крохотный кусочек металла, влетающий в экран на очень большой скорости и в лоб.
– А со стрелой что будет?
– Стрела летит медленнее, даже если выпущена из арбалета. Но если стрелять почти в упор, то такой экран стрела пробьёт, потеряв на этом почти всю кинетическую энергию. А военный – уже нет. Даже в упор.
– М-м… А взрыв? Взрыв военный экран сдержит?
– Смотря что за взрыв.
– Да, понимаю, вопрос дилетанта. Ладно, такой вопрос – у военной техники днище защищено экраном?
– Нет. Зачем?
– Э-э… Ну, как бы… Ладно.
У столика остановилась девушка в просторной накидке поверх платья, длинного и, должно быть, довольно хорошего. Она вела себя уверенно, и уже это показывало её принадлежность к более высокому сословию, чем другие завсегдатаи кафе. У неё был взгляд дамы, признающей за собой право приказывать буквально всем в округе. Она даже могла быть дворянкой. Кира задумалась, так ли это.
– Чем, интересно, неказистая и изуродованная женщина вроде тебя способна привлечь такого молодого и красивого мужчину, да ещё и офицера? – спросила незнакомка с усмешкой.
Кира отметила движение Эдельма и его взгляд – он уже был готов, но не спешил действовать. Машинально сделала знак: «Подожди» – и обратила к даме свою улыбку. Её подбадривало понимание, что как бы ни была влиятельна семья этой девушки, она определённо не может быть столь же высокопоставленной, как семья её, Кириного, мужа. Значит, ей, Кире, ничего не грозит, даже если она нахамит.
