Трехглавый водопад был уже виден — три бурлящих потока, в полете сливающиеся в один и уже едиными падающие в воды Юйхэ. Зрелище впечатляло величественной красотой даже издали, и Шэнли уже представлял, что они увидят, когда приблизятся, как вдруг от созерцания его отвлекла лошадь. Сяоюэ, его любимица, почему-то начала нервничать. И не только она одна. Забеспокоились и другие кони.
Почти одновременно с этим указывавший дорогу Чжу Юйсан придержал своего коня и предостерегающе вскинул руку.
— Здесь что-то не так, — услышал принц напряженный голос Хао Вэньяня, — господин Чжу! Бывало ли тут такое ранее?
— Нет, — лицо обернувшегося Чжу Юйсана выглядело встревоженным, — здесь всегда было спокойно.
Кони нервничали все сильнее, беспокойно переступали ногами, всхрапывали, прижимая уши. Шэнли старался успокоить Сяоюэ, озираясь по сторонам. Местность вокруг выглядела безмятежно спокойной, серебристо сияли воды Юйхэ, шумел в отдалении, низвергаясь с высоты, Трехглавый… что же встревожило коней, Чжу Юйсана и Хао Вэньяня? И почему лишь их?
— Ваше Высочество, — Чжу Юйсан был серьезен и собран, — прошу вас вернуться в лагерь. Что-то потревожило это место.
— Господин Чжу прав, — Хао Вэньянь сдерживал храпящего коня, — я не знаю, что это — но лучше не оставаться здесь.
Шэнли мимоходом успел удивиться такому единодушию прежде не ладивших спутников, но не успел ничего не сказать, ни сделать.
Со Ливей вскрикнул, с трудом удержавшись на взвившемся на дыбы коне. У ног его вороного медленно вспух пузырь земли. Вспух и лопнул, оставив на поверхности истлевший череп в остатках разбитого шлема.
Шэнли ощутил укол ужаса. Земля вокруг шла волнами, словно медленно кипящая вода, вынося наверх разбитые кости людей и лошадей, позеленевшие шлемы и мечи, какие-то темные куски, в которых невозможно было угадать то, чем они были раньше. Кони хрипели, бешено ржали, вставали на дыбы. Несколько спутников Шэнли не смогли удержаться в седлах, и они оказались на исходящей пузырями земле, среди костей и древнего оружия.
— Держитесь! — обычно смуглое лицо Хао Вэньяня было пепельно-бледным, но повод Сяоюэ он перехватил твердо, — надо уходить!
Шэнли вцепился в гриву Сяэюэ, не находя сил возразить. Со Ливей, ухитрившийся совладать со своим конем, оказался рядом, готовый прикрыть принца с другой стороны… но от чего и как, если ужас творился прямо под их ногами?
Краем глаза Шэнли заметил, что Чжу Юйсан, каким-то чудом удерживаясь верхом, сложил руки в странном жесте. Неужели печать? От напряжения лицо Чжу Юйсана застыло и словно заострилось. Но земля рядом с ним стала успокаиваться. Хао Вэньянь, переглянувшись с Со Ливеем,
Круг ровного покоя медленно, словно преодолевая сильное сопротивление чего-то незримого, расходился дальше. Земляные волны и пузыри сглаживались и утихали. Успокаивались и лошади. Потрясенные люди переглядывались, переводя дыхание.
Все стихло. Чжу Юйсан тяжело уронил руки, устало ссутулившись в седле.
— Хао Вэньянь… довольно. Я думаю, все кончилось, — Шэнли словно заново учился говорить, с трудом проталкивая слова пересохшим горлом.
Хао Вэньянь выпустил повод Сяоюэ. На его лицо постепенно возвращались краски.
Куда ни падал глаз — повсюду землю усеивали кости и сломанное оружие. Как будто земля вдруг изрыгнула давно погребенное поле битвы.
Принц торопливо сделал несколько глотков из поданной Хао Вэньянем фляги, пытаясь справиться с пережитым страхом.
— Так ты заклинатель?
— Ваше Высочество правы, — Чжу Юйсан с видимым трудом расправил опущенные как под тяжелой ношей плечи и попытался поклониться, — у меня есть скромный дар.
Шэнли сделал еще глоток, с новым интересом глядя на него. Так вот почему матушка рекомендовала его в сопровождающие? Шэнли ни за что бы не признал в Чжу Юйсане заклинающего — те, кого принцу доводилось видеть ранее, были почтенными мужами в возрасте, больше похожими на ученых или отшельников.
Со Ливей отважился спешиться и теперь внимательно рассматривал один из выброшенных землей мечей.
— Он полностью бронзовый, — в его голосе слышался пережитый недавно страх, который он даже не пытался скрыть, — такой древний… жутко представить…
— Здесь была битва? — подал голос еще кто-то.
— И убитые остались без погребения. Должно быть, их души в гневе и устали ждать, когда о них вспомнят, — еще один говоривший бросил взгляд на Чжу Юйсана, словно ожидая подтверждения своим словам, но тот не успел ответить.
— По возвращении мы отдадим распоряжение провести здесь поминальную службу, — Шэнли не желал задерживаться здесь более ни на миг. Даже красоты Трехглавого водопада больше не влекли принца, — а также прикажем, чтобы собрали все кости и похоронили достойно, чтобы упокоить несчастных.
— И как тебя зовут на самом деле? — Шэнли отпил чаю. Где-то внутри время от времени порой возобновлялся холодный озноб, напоминавшая о пережитом страхе. Однако руки уже не дрожали.
— Чжу Юйсан, Ваше Высочество. Я готов дать Небесную Клятву в том, что это действительно мое имя, и что я — из рода Чжу из Цзянли.