— Ты же не собираешься всерьез о ней заботиться? Если верить тому, что ты рассказал, она виновата не меньше, чем тот же Слава.
— Она не позволила мне отправиться с ней. — Виктор глубоко вздохнул. — Я, Толя и она… Мы ехали туда брать штурмом, без плана… А она просто вырубила меня и закончила то, что мы хотели начать.
— Ты хоть сам понимаешь, что она…
— Она — хороший человек, попавший в плохую компанию.
— Это никогда не было оправданием. И ты правда хочешь этого, даже после одной ночи?
— Ты говоришь так, словно я планирую всю жизнь посвятить ей. Врач сказал, что есть шанс. И я планирую им воспользоваться.
— Без работы и средств к существованию? А как же ее мать? Ее лечение ты тоже планируешь оплачивать?
— Если потребуются. У меня все еще есть бумаги на «Мусорку», которую я могу забрать себе в любой момент одной подписью. Устроить там свои «Элитные охоты» и просто жить.
Леша недоуменно посмотрел на друга. После того ужасного вечера газеты подняли шум. А после откровений полуживой Анны, признаний Виктора и неразборчивого мычания Славы — Илья с Борисом подали прошение об отставки Эдуарда Семеновича и полный контроль над органами власти в маленьком городке. Лев Альбертович умудрился выйти сухим из воды, несмотря на обвинения со стороны своего сына, но деньги все-таки решают многое. А Виктор… Виктор подал заявление о увольнении, не вставая с больничной койки. «Мусорный бак» по документам и так принадлежал ему, часть отцовского бизнеса передали ему без его ведома. Просто нужно было поставить подпись и вступить в законные владения.
— Тебя сильно приложили? — Скривился Алексей. — Какие, мать твою, охоты?
— Над этим уже работает Анфиса, в честь памяти Анатолия, — Виктор серьезно кивнул. — Ярослава тоже хочет принять пассивное участие, но мы хотим сделать место, где людям будет хорошо. Выдадим все по свободным по зеленому флагу, женатым — сразу по красному, а тем, кто просто хочет посидеть в одиночестве — белый флаг. А дальше — а дальше пусть все идет своим чередом, без ярлыков и глупых причуд.
— Ну ты, конечно, придумал… А если те девушки все-таки расскажут о схемах, которые разворачивались в твоем баре? О всей этой грязи?
— Отец уже позаботился, — хмыкнул Виктор. — В качестве извинений выплатил каждой, кто был готов замять дело по крупному чеку и отправил восвояси.
Леша покачал головой и опустил руки к колесикам инвалидного кресла:
— Странный ты человек, Виктор… Говоришь, что против ярлыков, а тут сам их на всех решил развесить… Ну, сам знаешь. А я поеду, подожду еще, может действие сотрясений сойдет на нет, а потом уже и поговорим с тобой нормально…
Ругаясь и скрипя зубами, молодой оперативник направился к выходу, оставляя двоих в одиночестве. Виктор взял хрупкую ладошку в свои руки и слабенько сжал. Вера неподвижно лежала на кровати, медленно и размеренно дыша. То, чего не заметили другие врачи, всплыло в частной больнице. Маленькая опухоль, размером с грецкий орех давила на нервные окончания девушки. Ей никто не придал значения, но, когда на снимке были выявлены пораженные участки, никто даже не сомневался. Если опухоль появляется в таком возрасте, то практически всегда она злокачественная. Игры разума, потеря контроля, утраченные воспоминания. Без должного ухода она бы не протянула и пары лет.
Но что-то удерживало ее на плаву, не давая потерять себя раньше. До недавних событий.
Виктор засунул руку в карман и вытащил смятый клочок бумаги.
«Живи своей жизнь. Наслаждайся своей жизнь. Следуй своему пути и не чувствуй вины».
Набор фраз, написанный на стиральной машинке в его ванне, нашли в руке у молодой девушки. Виктор не верил в знаки, но в этот раз…
Знак был слишком очевиден.
И если ему подарит наслаждение уход за такой сильной и храброй девушкой… Там, где ему было комфортно.
То почему тогда не следовать наскоро написанному завету?..
Следуй своему пути и не чувствуй вины.
А остальное — придет само по себе, нужно просто уметь слушать.
Больше книг на сайте — Knigoed.net