Пусто в гостиной, в моей спальне, в моей душе.
Я всегда была женщиной, которой нужен мужчина для того, чтобы смело идти по жизни, знать, что рядом есть тот, кто подстрахует и поймает, если я споткнусь. Это было моей проблемой. Я никогда не могла позаботиться о себе сама. Я боялась, что не справлюсь.
Сейчас я падала и разбивалась на кусочки, потому что всегда наивно полагала, что меня поймают. В этот раз мне нужны были только одни конкретные руки, крепкие, загорелые руки мужчины, тихо вышедшего за дверь пять минут назад.
Я не слышу ни единого шороха, когда беззвучно плачу, уронив голову в ладони. Абсолютная тишина, гулкое пустое пространство, страшное одиночество.
Я вздрагиваю, когда он вдруг прикасается к мокрой щее. Сквозь мутную пелену слез не могу рассмотреть его лицо, но сердце мое уже увидело все, что нужно.
Не плачь.
Не буду.
Я не смогу уйти никогда. Слышишь? Не смогу. Разве что ты сама уйдешь.
Я не уйду. Я люблю тебя.
Он обнимает меня, притягивая к своему телу, я тычусь в него, как слепой котенок, неумело целую распухшими от плача губами в шею, в ключицу, в плечо. Он сам находит мои губы.
Соленые, - шепчет он.
Зарываюсь в его волосах пальцами, нервно тяну за них, приближая его голову к себе. Хочу его ближе, хочу его под своей кожей, у себя внутри.
Неправильно так сильно желать мужчину, чувствовать его уход настолько остро, будто лишаешься конечности. Это делает меня зависимой. Хотя кому я лгу – я сама добивалась этого.
Он нетерпелив, меня сотрясает дрожь. Сквозь нас пропустили тысячи вольт, каждая клетка наэлектризовалась, потрескивает и искрит от страсти. Он несет меня в спальню, где мы окончательно теряем голову и приличия. В нашей спальне нет табу, любовь не терпит запретов, она не знает слова нет.
Меня никто не называл бесстыжей, ни одного раза за всю мою жизнь. Но сейчас, когда его пальцы и язык ритмично движутся во мне, когда я кусаю руку, чтобы заглушить стоны, когда раскидываю ноги широко в стороны, я - бесстыдница.
У него исполосована спина. Я ловлю себя на этом занятии, но вместо того, чтобы остановиться, смеюсь и продолжаю вонзаться в него ногтями. Мой! Пусть эти царапины напоминают ему об этом каждый раз, когда он увидит их в зеркале.
Он берет меня жестко и резко, держа за бедра, заставляя прогибать спину, когда одной рукой хватает за шею и тянет на себя. Я падаю грудью на кровать, задыхаясь от приближающейся разрядки, и смотрю на него через плечо.
Он – Бог. Воплощение моих темных желаний, моих глубинных фантазий.
Я чувствую, как он взрывается во мне, и я следую за ним сразу же, царапая простыни, ломая ногти о спинку кровати.
Люблю его! Люблю! Не могу без него. Никогда не смогу.
Первый тревожный звоночек я пропустила. У Жени в садике пропал аппетит. Она неохотно ела, и в конце концов, через несколько дней воспитатель предположила, что она заболела.
Я побывала с Женей у педиатра, гастроэнтеролога, иммунолога, инфекциониста. Но ничего так и не нашли. В итоге, пробыв неделю на больничном, я заметила, что она стала немного лучше есть, мы активно гуляли, она повеселела и порозовела. Успокоенная, я вышла на работу, а она опять стала посещать садик.
Но дома дочка оставалась очень молчаливой и замкнутой. Когда у нас был Сергей, из нее невозможно было вытянуть ни слова. Я спросила у Сергея, не ссорились ли они с Женей, но он ответил, что Женя избегает его. Он пытался наладить с ней контакт, принес ей шоколадные конфеты и куклу, у которой сгибаются ручки и ножки, но она не взяла подарки, прошла мимо, будто и не увидела их.
И тогда я серьезно забеспокоилась. Моя девочка увядает, как цветок без дождя. Она могла капризничать и не есть, но никогда не отказывалась от игрушек и развлечений.
Мы начали проводить больше времени вместе, если такое вообще возможно. Каждый день после работы я тащу ее в детское кафе , игровую комнату, на занятия по лепке и рисованию, которое проводится вместе с родителями. Я буквально разрываюсь между ней и Сергеем.
Он больше не говорит на тему, что нам делать с враждебным отношением к нему моей дочери. Он вообще старается не говорить о ней, хотя меня упорно грызет совесть, ведь я трачу на нее его деньги. И он никогда, даже ни единым намеком, не выразил свое неудовольствие. Наоборот, стал давать мне больше на карманные расходы.
А я так хочу, чтобы мы были втроем, чтобы напряжение между двумя дорогими мне людьми исчезло, как утренний туман под порывами ветра.
Дважды я замечала, как он пытается завязать с ней разговор. Сергей предложил посмотреть вместе мультфильм, а потом пытался соблазнить ее походом в центр развлечений. Оба раза он промолчала в ответ, отвернув от него голову.
Влад брал ее на выходные, да и то не всегда. Моя свекровь – своеобразная, болезненная и мнительная женщина. Часто она находит у себя симптомы каких-то болезней и долго не может встать с кровати. Пока эти симптомы не окажутся свидетельством отравления, простуды или несварения желудка. Короче, ипохондрик еще тот.
