– Что? Ах-ах, Борис Владимирович, – засмеялась Татьяна Константиновна, – не льстите мне. Я знаю себя, и я не такая, как Вы меня описываете. Расскажите лучше как Вы живёте.
Борис секунду помолчал, а потом стал рассказывать, как он проводил время дома. Сказал, что успел съездить в Москву, навестить друзей. Побывать на балу у одного известного человека и сам предложил Татьяна съездить на бал, но она отказалась. Ей очень хотелось, но она решила дать отрицательный ответ, не понимая даже почему. Ещё Романов купил большую картину, но пока не знает, куда её прикрепить. Борис Владимирович подумывал, почему бы не подарить картину их. Татьяна внимательно слушала его рассказ. Он говорил, как было красиво на Дворцовой площади Петербурга, когда солнце заходило за горизонт. И тогда женщина мысленно спросила себя, почему же они так редко выходят на прогулку в город, хорошо, что дочку отпустила. Романов словно уловил мысль и спросил:
– А где Натали?
– Она сказала, что хочет пойти прогуляться по городу. Я её отпустила. Пусть. – Ответила Татьяна.
Романов улыбнулся, но уже думал, где она может быть. Борис горячо хотел спасти её. И пусть они живут богато, но девушка даже не знает образования. Не знает учения. Её нужно увезти из такой жизни.
– Вы слышали о Дежевом? – Поинтересовался Борис и сделал на лице слушающий вид.
Татьяна уставилась в одну точку и стала вспоминать. «Аркадий?» – переспросила она. Романов положительно кивнул головой. Татьяна сказала, что знала раньше. Её супруг хорошо знал его, но они редко виделись, а она лишь пару раз встречалась с ним, да и то когда была с мужем. Боженов иногда занимал у него деньги, но сразу на другой день возвращал долг. Дежевой был богатый купец. У него была большая квартира в одном районе Москвы. Хорошо жил. Некоторые люди называли его коллекционером. У него было большое количество разных картин, посуды, монет и других вещей. Он покупал и перепродавал вещи и говорил, что это очень занятное дело. На этом и разбогател. Татьяна спросила, не видел ли Борис его, но тот дал отрицательный ответ. Никто не знал, а жив ли он ещё или уже нет. Как он вообще поживает, что делает. Вообще Татьяна про него уже почти забыла, пока Романов не озадачил её вопросом. Давно это было, да она и не упомнит уже.
– Надо бы навестить его, – сказал Романов. – Вы не хотите поехать? Старый знакомый. Хороший, кажется, человек. Может быть, он сейчас уже и не купец какой, а в правительстве сидит. Вспомните друг друга, поговорите. И Натали с собой возьмём.
Татьяна вопросительно взглянула на Бориса Владимировича. Она ещё не знала. На это нужно время.
Евгений обнял девушку, а та легко поцеловала его в щёку. Её тёплый взгляд грел его душу, а его объятия защищали её от всех невзгод. Эти двое были похожи на другую, известную пару, конец которой оказался плохим, но эти были совсем другие. Счастливые. И это чувство так и горело и пылало внутри них, вырываясь наружу. Будто весь мир припал к их ногам. Все дороги теперь словно были открыты и они могли всё, что захотят.
– А пошли на другой берег Невы? За город. – Предложила Наташа и посмотрела на него. – Там будет так хорошо.
– Ты и я и всё, – продолжил Евгений. – Природа и покой. А что ещё нужно нам? – Наташа, улыбаясь, покрутила, из стороны в сторону, головой. – Пойдём же.
Евгений потянул её из квартиры, и они вышли на улицу. Она радостно смеялась, радовалась, а он вёл её, как полководец, и тоже улыбался. Они пересекли бегом несколько улиц, домов, людей. Люди были какие-то спокойные, от них исходило внутреннее напряжение, но когда кто-нибудь замечал пару, то невольно начинал улыбаться, сам того не замечая. Любой прохожий был работником, просто прогуливающимся или путешественником. Прелестные наряды не смущали Наташу, не смотря на то, какое на ней было надето платье. Оно совсем не советовало хорошему обществу, но девушка этого не замечала. А рубаха и старые брюки Евгения тоже выдавали его положение. Некоторые говорили: «Что за вздор. Было бы получше. Кто они такие?», но пара не слышала и не замечала никого кроме них. Они бежали вместе, всё время, держась за руки, прочь из города. Из этой суеты, напряжения, темноты и высшего общества. Они были счастливы. Мимо Наташи проносились деревья, дома, время и всё было растянуто, но чёткий вид имел только он. Евгений крепко держал её руку. Он слился с ней, он вёл её на самое красивое место загородного Петербурга, куда водил его отец, когда Женя был ещё совсем маленьким. Именно те виды и запомнились Евгению навсегда.
Романов, кажется, не торопился никуда уходить, хотя Татьяна начинала испытывать стеснение при виде его долгого созерцания. Он не отрывал глаз женщины, а она просто отворачивалась и думала, куда могла пропасть Фрося.
– Наташа такая хорошая девушка, – произнёс Борис.
