Хорошо бы, чтобы каким-то волшебным образом время растянулось, чтобы Элька успела закончить все дела перед отлётом. И совсем прекрасно было, если бы дома её встречали горячим чаем и ужином, и провожали в аэропорт, и заправляли за ухо непослушную прядь, и смотрели нежно и с лёгкой печалью, не желая расставаться даже на несколько дней. Однако мечты мечтами, а встречал Эльку пустой дом и чай она наливала сама, позволив себе на несколько минут остановиться, расслабиться, просто забраться с ногами в кресло на балконе и бездумно смотреть на праздничные огни за окном. Не хватало уютно свернувшегося на коленях вальяжного кота, но кота с её бесконечными разъездами Элька себе не могла позволить. Но до чая с кружком лимона, в кружке с сонной совой в задорном колпаке с помпончиком, девушка педантично разобрала покупки, отложив отдельной горкой те, что упакует с собой. А чемодан она успеет собрать. Это уже давно не вызывало проблем и не отнимало много времени. Это совсем легко, когда есть два чемодана.
Если бы её попросили охарактеризовать уходящий год одним словом, она сказала бы — дорога. Точнее, перелёты, самолёты, воздух: всего этого у Эльки стало в избытке. Разные часовые пояса, смена климата, бесконечная вереница такси — утром, вечером, ночью, снова утром. Она для того и купила второй чемодан, поскольку не успевала разобрать предыдущий — только прилетела, а наутро опять уезжать. В компании, в которой она постоянно заказывала такси, уже узнавали её по голосу, и она весело щебетала в трубку, согласовывая время подачи машины, а за улыбкой в голосе прятала печаль. Со стороны так и выглядело: насыщенная жизнь, интересная работа, новые лица, страны, впечатления. Вот только продукты и одежду Элька всё чаще заказывала через интернет, и не хватало времени на кофе и сплетни с подружками, да и подружек всё меньше с каждым годом, и дома её встречала тишина и пустой холодильник, обвешанный магнитиками со всех концов света.
Усталости не видел никто.
Такую жизнь выбрала и создала она сама. Раньше и работа была поспокойнее, и времени на друзей гораздо больше, и на свидание можно было собираться не впопыхах. А ещё Элька пекла по выходным пироги и вообще больше готовила. А потом появилась возможность выгодно приобрести собственное жильё и распрощаться со съёмным и, поразмыслив, Элька за предложение ухватилась. Пошла на повышение, пропадала в офисе сутками, но пыталась успеть всё: и зарабатывать, и обустраивать новую квартиру, и о личной жизни не забывать. Однако ряды друзей поредели первыми; после скромного новоселья встречи стали происходить всё реже, планы не совпадать всё чаще. Элька пыталась выяснить причину, но не преуспела. Потом её снова повысили, а вместе с новой должностью и новым окладом появились частые командировки, избавившие её от множества вечеров в одиночестве, но не тоски по живому общению.
Случались и свидания, но не так часто, как ей хотелось, хотя и молодой человек в то время у Эльки вроде имелся, и отношения у них были. Наверное. Серьёзными их не выходило назвать: любой намёк на серьёзность мужчина воспринимал настороженно и тут же стремился увеличить между ними дистанцию, всячески подчёркивая свою свободу и независимость. И праздники проводить у них чаще всего получалось порознь. Эльку такое положение обижало и тяготило, но поначалу она старалась не создавать молодому человеку проблем: проблемы того тоже расстраивали, а лёгкий нрав девушки, лёгкая ирония, лёгкость на подъём — нравились чрезвычайно. При первых признаках надвигающихся проблем в жизни Эльки, либо болезнях, даже банальной простуды — он испарялся и присутствовал разве что в телефонной трубке, сочувствуя и давая ненужные советы, чем и как следует лечиться. И снова приглашал куда-нибудь сходить, когда простуда и прочие неприятности проходили бесследно и без его участия. Хотя случалось и отменять приглашение, и отменять в тот момент, когда Элька уже была готова к выходу, предвкушая приятный вечер. Как бы не вкалывала девушка, стремясь поскорее расплатиться за квартиру, как бы не выматывалась, почти плача от усталости, всё время выходило так, что мужчина, который не совсем её, пахал и уставал гораздо больше. Понять, пожалеть и не предъявлять претензий.
Элька не предъявляла. Вот только разочаровываться надоело.