Она бы с удовольствием закурила, если бы с недавних пор не решила бросить. Современные средства от вредных привычек отличались высокой эффективностью и минимумом побочных эффектов. Поэтому отказаться от вредных привычек было не сложно.
— То есть Вы считаете правосудие необъективным? — поинтересовался дознаватель.
— Пристрастным, — поправила его Лу.
— Довольно серьёзное обвинение для того, кого обвиняют в убийстве, — заметил Хэм.
— Необоснованно, заметьте, — нагло заявила Лу.
— Отчего же? — невозмутимо продолжил месье Бернар. — Есть видеозапись, на которой вы вместе покидаете клуб. И судя по уличным камерам, вы были вместе у вас дома ночью.
— А камеры не показывают, как он живым вышел из моего дома? — поинтересовалась Лу.
— Это не доказывает вашей невиновности, мадемуазель Рид. Только то, что он вышел из вашей квартиры живым, — Хэм сделал паузу, раздумывая, стоит ли продолжать и, решившись, заметил. — Вы не производите впечатление глупой девушки, мадемуазель Рид, а значит, и дома бы убивать не стали. Убийство в состоянии аффекта придётся исключить: всех псиоников в интернатах обучают держать себя в руках, следовательно, убить спонтанно вы не могли.
— Следуя Вашей логике, я специально испортила ему натуральный сэндвич, чтобы познакомиться? — передразнила Лу.
— А это так, мадемуазель Рид?
— Нет, — хмуро буркнула Лу. — У меня не было причин его убивать.
— Личных, скорее всего, нет, — согласился дознаватель. — Но деньги всегда были отличным мотивом.
Бернар намекал на заказное убийство, и Лу это совсем не нравилось. При таком раскладе в мотиве не было необходимости.
— Вы можете обыскать мой жилой блок, денег там нет, — Лу постаралась следовать доводам разума.
— Заказчики не всегда расплачиваются деньгами, — тут же парировал дознаватель.
Помолчали, пока Лу продумывала, какие ещё обстоятельства смогут доказать её невиновность. На первый взгляд всё выглядело не очень хорошо, но прямых улик у дознавателя не было, и это радовало.
— Я собиралась поступить на службу в Корпус, — призналась Лу. — Служба там обеспечила бы мне достойную жизнь.
— Преступления — это быстрый и легкий способ заработать на жизнь, — Бернар отверг её довод.
Допрос зашёл в тупик: Лу больше не собиралась ничего говорить, Хэму нечего было спрашивать. Доказательства вины были притянуты за уши, а неагрессивные попытки склонить её к признанию своей вины оказались провальными.
— Если Вы не собираетесь арестовать меня прямо сейчас, то я с вашего разрешения пойду, — осмелев, заявила Лу.
Хэм не ответил, наблюдая, как она медленно поднялась из-за стола в ожидании его реакции, но её не последовало. Дознаватель не двигался с места, лишь гипнотизировал её взглядом.
— Так я пойду? — уточнила Лу.
Минуту назад вспыхнувшая внутри уверенность куда-то делась, уступив место сомнениям.
— Идите, — не стал удерживать её Хэм.
Не веря своей удаче, Лу двинулась на выход. Вжав голову в плечи, она каждое мгновение ждала, что дознаватель её окликнет и заявит, что передумал. Но Хэм Бернар по-прежнему молчал и никак не реагировал на движения Лу. Заветная дверь на свободу маячила на расстоянии вытянутой руки, когда за спиной раздался голос:
— Не уезжайте никуда из Термитника, мадемуазель Рид.
Похолодевшая было от страха Лу, облегченно вздохнула и рефлекторно вцепилась в ручку двери. То, что сказал дознаватель пугало не так сильно, как обвинение в убийстве. Да и куда она могла уехать? В Центр пускали лишь по пропускам, во избежание случаев, когда какой-нибудь неадекватный псионик соберётся бесчинствовать там.
— Хорошо, — послушно кивнула Лу и потянула на себя дверь. — Прощайте, месье Бернар.
— До свидания, мадемуазель Рид, — ответил дознаватель.
Лу поспешно выскользнула за дверь и пулей вылетела из здания. На улице сразу стало легче дышать и спокойнее на душе. Первым желанием было позвонить Догану и поделиться своими злоключениями. Уже набирая его номер, Лу осознала, что встретиться с друзьями в Утконосе теперь означало снова увидеться с Йонасом, а к этому Лу ещё не была готова. Разочарованно убрав телефон, она направилась домой за байком. А после этого можно было и заглянуть в Утконос. Даже если она встретит там кого-то из друзей, можно будет прикинуться, что не заметила их. Пересечься с Йонасом случайно ей не грозило, ведь он предпочитал по ночам работать, а не развлекаться. По крайней мере, риск был минимален.
