– Что с тобой? – решилась я спросить наконец.
– Сам не знаю, – признался он, отвечая на мой взгляд.
Мне вдруг стало ясно, что злится он вовсе не на родителей, а на меня.
– Что с тобой случилось? Ты ушла с кемпинга, даже не попрощавшись, потом не отвечала на мои сообщения, а сегодня явилась сюда в этом платье…
– Что не так с моим платьем? – я вдруг смутилась и невольно прикоснулась к воротнику, словно желая его поправить.
– Все с ним так, – Фрэнк шумно выдохнул. – Я просто переволновался, вот и все.
– Извини, – ответила я. – Просто я… думала о разных вещах.
– Я тоже, – отозвался он.
Я кивнула, но внезапно поняла, что боюсь расспрашивать, о чем именно он думал. Что если Коллинз был прав, и он думал о том, что нам больше не быть друзьями?
– Эмили, – начал Фрэнк, но в ту же секунду в лобовое стекло ударили первые тяжелые капли дождя. Струи хлынули в открытый верх машины.
– Боже мой, – выдохнула я, еще прибавляя скорость. – Извини еще раз… Скоро мы… сейчас…
Дождь усиливался с каждой секундой, и я включила «дворники». Сама я уже начала промокать. Дождь был косой, но все равно капли попадали на приборную панель и брызги отскакивали от нее, разлетаясь во все стороны. Я потянулась к заднему сиденью, куда бросила камеру Слоан, схватила ее и протянула Фрэнку.
– Можешь спрятать это в бардачок? – мне приходилось почти кричать, так разошелся ветер.
Фрэнк взял у меня камеру с вопросом в глазах, но я смотрела только на дорогу, желая одного – скорее довезти его домой, пока он не промок до нитки и пока мы не наговорили друг другу чего-нибудь лишнего.
Я заехала на подъездную дорожку и припарковалась, ожидая, что Фрэнк сейчас пулей вылетит из машины, пока он хотя бы местами сухой, и побежит к дому. Но он неподвижно сидел на месте, глядя на меня сквозь струи дождя, заливавшего держатель для стаканов.
– О чем ты думала? – спросил он с крайне серьезным и напряженным выражением лица. – Ты всю неделю мне не говорила ни слова. Так о чем ты думала?
– Ни о чем, – я быстро отвернулась. – Я же извинилась перед тобой. Иди скорее в дом, ты промокнешь…
– Мне плевать, – Фрэнк наклонился вперед. – Скажи мне, о чем ты думала.
– Ни о чем! – отчаянно повторила я, желая скорее прекратить этот разговор. Для этого я решила использовать нашу кодовую фразу. – Знаешь, в хорошо организованной вселенной…
Однако, глядя на Фрэнка в мокром смокинге, по лицу которого струился дождь, я не смогла закончить.
А может, и смогла. Потому что я наклонилась, подставляя голову под дождевые струи, и поцеловала его.
Поцелуй длился всего мгновение, но Фрэнк ответил на него без промедления, как будто это было самым естественным действием в мире.
Потом он отстранился и посмотрел на меня широко открытыми глазами. Струи дождя лились между нами, когда я набрала в грудь воздуха, чтобы что-то сказать, но он положил ладони мне на лицо и снова поцеловал меня.
Казалось, время остановилось. Сверху падал проливной дождь, но мне больше не было до него дела. Наш поцелуй был словно чем-то давно забытым, к чему мы теперь постепенно возвращались. Об этом поцелуе мы оба так давно и сильно мечтали и теперь жадно пили его, как дождь, лившийся на нас с небес.
Руки Фрэнка зарывались в мои волосы, скользили по обнаженной спине, и я вся дрожала – только вовсе не из-за холода. Я ласкала его мокрое лицо, прижимала его к себе еще сильнее, чтобы чувствовать, как его сердце бьется в такт с моим, и знала, что, несмотря на дождь и на все вокруг, я была бы счастлива остаться так навсегда.
И тут Фрэнк неожиданно оторвался от меня и разомкнул объятия.
– Боже мой, – прошептал он, тяжело откидываясь на сиденье.
Я тоже села прямо, стараясь восстановить дыхание.
– Фрэнк, – начала я, хотя и не представляла, что собираюсь дальше сказать.
– Не надо, – быстро отозвался он, и я увидела, каким несчастным он выглядит.
И все из-за меня. Я это начала. Реальность накатилась на меня тяжкой волной. У Фрэнка есть
– Извини, – прошептала я – голос почему-то стал хриплым. – Я не должна была…
– Мне нужно идти, – сказал Фрэнк. – Я…
Он взглянул на меня, но больше ко мне не прикоснулся. Через секунду он уже открыл дверцу машины и вышел, шумно захлопнув ее за собой. Я смотрела, как он поднимается по ступеням дома, медленно, опустив плечи, по которым хлестал дождь. Я подождала, пока он не скрылся внутри, и еще немного, в надежде, что Фрэнк снова выйдет ко мне и каким-то образом все исправит.
Когда стало ясно, что этого не произойдет, я завела машину и поехала домой. И хотя я плакала всю дорогу, мне было ясно, что можно все списать на дождь, чтобы не пришлось сознаваться, что я только что потеряла еще одного друга.
– Эм! – мама постучала в дверь моей спальни и приоткрыла ее. Она выглядела взволнованной. – Ты в порядке, солнышко?
Я сидела на полу и разбирала сваленные из шкафа вещи, все еще отказываясь признавать, что жизнь моя разваливалась на куски. Услышав мамин голос, я подняла глаза.
