Когда ты ушла полностью

Фрэнк улыбнулся. Когда мы доехали до дома, он припарковал машину на моем обычном месте, заглушил мотор и отдал мне ключи. Меня очень тронуло, что он помнит, где я обычно паркуюсь. Где я живу, он давно знал и не нуждался в навигаторе.

Мы немного посидели рядом в машине, глядя на дом, темный и тихий. Даже цикады, казалось, взяли выходной этой ночью, весь мир вокруг спал, над домом сияла полная луна, заливая все вокруг светом.

– Подожди, – сказала я вдруг, поворачиваясь к Фрэнку.

– Да я никуда не ухожу, Эм.

– Нет, я не в этом смысле. Я имею в виду: как ты попадешь домой?

– Пройдусь немного, – ответил он. – Тут же недалеко. В конце концов, я каждый день хожу этой дорогой.

– Но днем – другое дело, – насторожилась я. – А сейчас ночь. Ты можешь встретить бандитов… или койотов.

Фрэнк покачал головой, улыбаясь.

– Думаю, со мной все будет в порядке.

Он вышел из машины, а я с трудом выбралась с пассажирского сиденья и пошла за ним.

– Тогда я тебя провожу, – предложила я, но Фрэнк остановился на подъездной дорожке и покачал головой.

– В этом же нет никакого смысла, – сказал он терпеливым голосом, будто говорил с ребенком. – Ведь тогда тебе придется идти назад в одиночку, а твое состояние сейчас совсем не подарок.

– Боже мой! – воскликнула я – пожалуй, громче, чем следовало в такой тихой ночи, так что Фрэнк невольно обернулся на мой спящий дом. – Подарок! Я же забыла отдать тебе подарок! Я сейчас.

– Жду и никуда не ухожу, – согласился Фрэнк, и в голосе его послышался смех.

Я доковыляла обратно до машины и вытащила упаковку с подарком из своего тайника под передним сиденьем.

– Вот, – я протянула подарок Фрэнку.

– Это было вовсе не обязательно, – заметил он, и я бурно возразила:

– А вот и обязательно!

При этом взяла его за руку и слегка сжала. Моя рука немного задержалась на его предплечье. Ничего подобного в обычном состоянии я бы себе не позволила, все произошло раньше, чем я успела это осознать и убрать руку.

Фрэнк медленно и осторожно развязал ленту, стал снимать упаковочную бумагу. Чем ближе он был к тому, чтобы увидеть сюрприз, тем больше я волновалась, что выбрала неправильную вещь. Вдруг он подумает, что это глупо?

– Не может быть! – выдохнул Фрэнк, сняв последний слой бумаги и обнаружив под ним диск, который я для него заказала по Интернету.

Кертис Андерсон, Bootlegs and B-Sides. Это была комедийная постановка – запись не самая лучшая, не студийная, зато очень редкая, к тому же лучшее выступление этого автора, по всеобщему признанию, насколько мне удалось узнать из Сети. За этот диск мне пришлось серьезно сразиться на онлайн-аукционе с пользователем под ником anderfan2020, но в конце концов я победила.

– Я просто подумала, что в хорошо организованной вселенной этот диск должен принадлежать тебе, – сказала я, сама стыдясь, что так беспокоюсь о его реакции.

Фрэнк недоверчиво помотал головой.

– Просто поверить не могу, что ты его добыла.

– Если тебе не понравится, мы можем его вернуть, – предложила я, сама не зная, возможен ли возврат. Но если возможен, наверняка диск с радостью перекупит anderfan2020.

– Ты что, смеешься? – Фрэнк округлил глаза. – Это же просто фантастика. Спасибо тебе.

Фрэнк снова завернул диск и сунул его под мышку. Я с трудом подавила зевок.

– Тебе пора идти спать, – сказал он.

– Нет, я тебя провожу, – настаивала я, идя вслед за ним по дорожке.

– Тогда мне придется провожать тебя обратно.

– Давай вместе пройдем полпути?

Фрэнк долго смотрел на меня и наконец кивнул.

– Договорились.

Миновав подъездную дорожку, мы вместе вышли на абсолютно пустую улицу и пошли вдоль разделительной желтой линии. Луна светила так ярко, что наши фигуры отбрасывали на асфальт длинные черные тени. Идти молча было очень уютно, как будто для общения нам не требовались слова.

Я снова зевнула, и Фрэнк остановился.

– Теперь я провожу тебя домой, – он резко сменил направление.

– А что же насчет полпути? – при этом я послушно развернулась и пошла вслед за ним к своему дому.

– Я не собирался так делать. В самом деле ночью по городу шныряют койоты и бандиты.

– Отлично подмечено, – я старалась скрыть улыбку, но у меня плохо получалось. Взамен я спросила о том, что не давало мне покоя весь вечер. – Как ты думаешь, что сделала эта Ванда? – Фрэнк недоуменно взглянул на меня, и я пояснила: – Ванда с торта. Надпись.

– А! Я и сам размышлял над этим. Может, она совершила удачный побег из тюрьмы.

– Или выиграла в лотерею, – предположила я. – И ее друзья решили, что она теперь может позволить себе торт лучше того.

Фрэнк рассмеялся.

– Или она избавила город от постоянных ночных проблем с койотами и бандитами.

Еще какое-то время мы шли в молчании, улыбаясь, и наконец я поделилась еще одной мыслью:

– А может, она и не сделала ничего особенного. А просто сказала кому-то что-то очень важное.

Фрэнк неожиданно серьезно взглянул на меня.

– Например, что?

– Что-то, что непременно нужно было услышать, – я пожала плечами. – Необязательно совершать большие подвиги, чтобы быть молодцом… Чтобы быть храбрым. Маленькие поступки иногда даются гораздо труднее.