Чарли закусила губу и покачала головой, не видя смысла врать. Ей нравился профессор МакФерсон – он был забавный, совсем не устрашающий, как некоторые преподаватели и часто шутил с ними на лекциях. Она была почти уверена, что он никому не расскажет, что видел ее здесь.
– Нет, не особенно, сэр.
– Расскажешь мне, что случилось?
Он сел рядом с ней и заказал себе скотч. Чарли тоже взяла добавку и сама не заметила, как все выложила ему. О том, что вышла замуж еще в школе, как ее муж ушел на службу, о том, что не рассказал ей о ранении. Поделилась с ним своими страхами. Он слушал ее очень внимательно, не перебивал. Чарли пила – он почти нет. Когда она сказала, что ей пора домой, вызвался подвезти. Чарли не сразу поняла, что едут они в сторону университета.
Шон – он просил называть его по имени, когда они одни – сказал, что не может оставить ее в таком состоянии одну. Привел в свой кабинет и налил еще. Чарли попыталась отказаться, он настоял, уверив, что ей это сейчас нужно. Недавно у них с женой тоже были проблемы, он знает, каково это.
Чарли верила ему и была благодарна. Она была пьяна, жалела себя и хотела, чтобы был кто-то, кто понимает ее. Хорошо иметь кого-то на своей стороне.
Потом Шон сел рядом, положил руку ей на ногу и улыбнулся. Очень по-доброму, даже ласково. Но только теперь ее затуманенный алкоголем разум почувствовал тревогу. Чарли сказала, что хочет домой, что ей очень плохо и кружится голова.
Он ответил, что ей не о чем беспокоиться. Все будет хорошо, он не обидит ее.
Она не могла понять, о чем он. Мысли обрывались и ускользали. Ситуация была неправильной. Нужно было уходить, но у нее не было сил подняться.
Тяжесть чужого тела. Она пытается оттолкнуть его, но руки почти не случаются. Она просит его перестать, но слышит лишь «ш-ш» над ухом. Он расстегивает ремень – она улавливает звук металлической пряжки. Мягкая мужская ладонь проникает ей под юбку, а затем в трусики. Трогает там, где только Олли касался ее. Она поднимает колено, чтобы скинуть его с себя, но попытка такая слабая, что ничего не меняется.
– Все будет хорошо, Шарлотта, – дрожащим от возбуждения голосом шепчет он, когда двигается в ее обмякшем теле. – Все будет хорошо.
Обычно из особняка Честфилдов я возвращалась поздно, потому что у меня оставался месяц до отъезда на съемки, а мне хотелось, чтобы к тому моменту основная работа была выполнена.
Я торопила рабочих, хотя и понимала, что за такой короткий срок они не смогут сделать все. Я уеду, и мне придется руководить процессом удаленно. Мы с Лиз договорились, что пока я буду в отъезде, она будет несколько раз в неделю наведываться в особняк и потом докладывать мне.
Я знала, что могу положиться на нее, и меня это немного успокаивало.
Этим вечером я снова задержалась, а когда возвращалась домой, обнаружила, что дорога, которой я обычно езжу, закрыта на ремонт. Мне нужно было сделать приличный крюк, чтобы попасть домой.
Отлично!
Развернув машину, я вернулась к перекрестку и свернула на Бирч-роуд. Летний вечер был спокойным и тихим, и легкий ветерок залетал в открытое окно. День выдался продуктивным, я устала, но это была приятная усталость, когда знаешь, что ты хорошо потрудился. Я уже грезила о том, как доберусь домой, приму горячую ванну и лягу в постель. И я совсем не ожидала, что застану свою младшую сестру, на всех парах выбегающую из незнакомого мне дома.
От неожиданности я притормозила, наблюдая за тем, как Эмили, опустив голову, промчалась к своему автомобилю, запрыгнула внутрь и, очевидно торопясь, отъехала.
Без сомнения, она была чем-то расстроена. Я повернула голову, глядя на дом – не выбежит ли кто следом. Но этого не случилось. Я не знала, кому он принадлежит, но в данный момент меня волновала только моя сестра.
Я тронулась с места и скоро нагнала Эми, посигналив ей, чтобы она остановилась.
Как только Жук съехал на обочину и затормозил, я вышла из отцовского Бьюика и поспешила к Эми.
– Чарли?
Эмили вышла из машины и в свете фар я увидела, что ее глаза покраснели. Эми, безусловно, плакала. У меня сердце заколотилось как бешенное, стоило представить, что ее могли обидеть.
– Что произошло? – набросилась я на нее, схватив за плечи.
Эмили замотала головой, высвободившись из моих рук.
– Ничего. Что ты здесь делаешь? Шпионишь за мной? – нахмурилась сестра.
– Нет. Я ехала домой, когда увидела, как ты выбежала из того дома сама не своя. Чей это дом, Эми?
– Это неважно. – Она упрямо поджала губы, посмотрев в сторону. Я видела, сколько усилий ей требуется, чтобы не заплакать.
– Важно, потому что там тебя кто-то обидел! – настаивала я. – Эми, скажи мне, что случилось?!
Отчаянье послышалось в моем голосе. После того, что случилось со мной в кабинете Шона МакФерсона, я часто боялась, что кто-то похожий на него так же может воспользоваться моей младшей сестрой.
