— Да я и так из кожи лезу, Адил Алиевич. Ни себя не щажу, ни Сашка, у него вон уже воспаление легких начинается…
— Да и грыжу он, бедняга, надорвал, когда ящики с водкой в родительскую хату таскал, — сочувственно покивал хозяин. — До потолка комнату забили. Может, и правильно — горилка никогда не обесценится…
Василь залился густой краской. Сердце колотилось, как пойманная птица. За крысятничество спрос строгий, вполне могут живьем сбросить в ствол заброшенной шахты… Такие случаи, говорят, бывали…
— Да врут все, Адил Алиевич, врут! — Он прижал руки к груди и лихорадочно думал: стоит ли упасть на колени? Но решил не переигрывать, а то будет еще хуже.
— Один ящик и правда отослал, отцу на день рождения, так я его за свои деньги купил! А что расход большой, так ведь бомжей много, жрут, пьют… Да и все лезут на халяву, студенты, безработные…
— Ладно, не суетись! — слегка улыбнувшись, сказал хозяин, и Василь понял, что в шахту его бросать не будут. По крайней мере сегодня.
— Чем больше людей, тем лучше. Наш шеф доволен: каждый день по телевизору смотрит — на Майдане места свободного нет! Только жадиться не надо. Вон, смотри, сколько привез — консервы, водку, носки теплые, одеяла… Этого добра, — он пренебрежительно махнул рукой на штабель коробок, — у нас на всех хватит. Дело не в водке. Дело в том, что мы должны быть уверены в честности наших соратников. Особенно руководителей низшего и среднего звена, которые всегда на виду. Ты меня понял?
— Понял, Адил Алиевич, все понял, отца родного так не понимал, до самого сердца дошло!
— Если понял — держи!
Хозяин вытащил из внутреннего кармана пиджака пачку стодолларовых купюр, протянул, а когда Василь схватился за деньги, придержал, не выпуская из рук.
— Меня надо больше, чем отца, слушаться, — сказал он, глядя прямо в глаза «руководителю среднего звена». — Батька мог ремнем выпороть, а я и живьем сожгу!
Василя будто током прошибло от макушки до пяток.
— Ни-ни, больше никогда, забожусь на икону!
— Не надо, — хозяин разжал пальцы и выпустил деньги. — Я сказал, ты слышал. Как у тебя с журналистами? Контакты налажены?
Василь опасливо, как гранату, спрятал пачку за пазуху.
— Налажены, Адил Алиевич! Вчера один после интервью с Томкой голый на улицу рванул. Хорошо, Сашок у входа дежурил, охолонил. Все в ажуре! У нас с журналистами, иностранцами и прочими «телепузиками» студенты гуманитарных вузов работают. Подкованные хлопцы!
— Месяц назад агент Службы «Мышка» добыл на испытательном полигоне США образцы принципиально нового ракетного топлива. Анализ показал, что это разновидность высокоэффективного горючего, так называемый GTL-керосин, который только-только начинает экспериментально производиться в Катаре. Однако в Аризону топливо поступает из Польши, причем в количествах, свидетельствующих о промышленном производстве. Характерной чертой аризонского газового керосина является высокое содержание радона…
Генерал-лейтенант Суровцев в тщательно отутюженном, неброском сером костюме, сидел на своем обычном месте за огромным столом и внимательно слушал. Доклад на высшем уровне — дело чрезвычайно серьезное и ответственное, у Дмитрия Полянского пересохло в горле, но стакана с водой ему никто не поставил. Вообще-то директору должен докладывать начальник Управления либо его заместитель, но тогда пересыхать в горле будет у генерала Иванникова или полковника Зимина, а главное — именно на их головы обрушится гнев руководителя разведки, если что-то ему не понравится. Поэтому сейчас подполковник Полянский стоял за легкой кафедрой с дистанционным пультом в руке, а Иванников и Зимин сидели вдоль длинного приставного стола и требовательно смотрели на докладчика, готовые в случае чего обрушить на его аккуратный пробор и свои порции гнева.
Дмитрий откашлялся, но легче не стало. Он явственно представил хрустальный стакан с пузырящимся нарзаном и даже ощутил холод его стенок. Но, увы, материализации не произошло.
— Пять дней назад наши аналитики обратили внимание на телепередачу программы «Скандальные расследования», которая называется «Загадка Украинских степей», — хрипло продолжил Полянский. — Ее смысл в том, что украинские структуры воруют российский газ. Если не возражаете, товарищ генераллейтенант, я ее продемонстрирую. По времени это десять с половиной минут…
Хотя и доклад, и просмотр записи утверждались непосредственными начальниками, сейчас они смотрели на Дмитрия так, будто услышали предложение впервые, и оно кажется им совершенной глупостью.
— Конечно, — доброжелательно кивнул директор.
Лица непосредственных начальников мгновенно смягчились и даже украсились подобиями улыбок. Полянский нажал кнопку, и огромный плоский экран в углу кабинета ожил. Вначале на экран под тревожную музыку выплыло знакомое миллионам россиян название: «Скандальные расследования», потом появилось суровое лицо ведущего Шишлова.
