– Налажены, Адил Алиевич! Вчера один после интервью с Томкой голый на улицу рванул. Хорошо, Сашок у входа дежурил, охолонил. Все в ажуре! У нас с журналистами, иностранцами и прочими «телепузиками» студенты гуманитарных вузов работают. Подкованные хлопцы!
– Месяц назад агент Службы «Мышка» добыл на испытательном полигоне США образцы принципиально нового ракетного топлива. Анализ показал, что это разновидность высокоэффективного горючего, так называемый GTL-керосин, который только-только начинает экспериментально производиться в Катаре. Однако в Аризону топливо поступает из Польши, причем в количествах, свидетельствующих о промышленном производстве. Характерной чертой аризонского газового керосина является высокое содержание радона...
Генерал-лейтенант Суровцев в тщательно отутюженном, неброском сером костюме, сидел на своем обычном месте за огромным столом и внимательно слушал. Доклад на высшем уровне – дело чрезвычайно серьезное и ответственное, у Дмитрия Полянского пересохло в горле, но стакана с водой ему никто не поставил. Вообще-то директору должен докладывать начальник Управления либо его заместитель, но тогда пересыхать в горле будет у генерала Иванникова или полковника Зимина, а главное – именно на их головы обрушится гнев руководителя разведки, если что-то ему не понравится. Поэтому сейчас подполковник Полянский стоял за легкой кафедрой с дистанционным пультом в руке, а Иванников и Зимин сидели вдоль длинного приставного стола и требовательно смотрели на докладчика, готовые в случае чего обрушить на его аккуратный пробор и свои порции гнева.
Дмитрий откашлялся, но легче не стало. Он явственно представил хрустальный стакан с пузырящимся нарзаном и даже ощутил холод его стенок. Но, увы, материализации не произошло.
– Пять дней назад наши аналитики обратили внимание на телепередачу программы «Скандальные расследования», которая называется «Загадка Украинских степей», – хрипло продолжил Полянский.
– Ее смысл в том, что украинские структуры воруют российский газ. Если не возражаете, товарищ генераллейтенант, я ее продемонстрирую. По времени это десять с половиной минут...
Хотя и доклад, и просмотр записи утверждались непосредственными начальниками, сейчас они смотрели на Дмитрия так, будто услышали предложение впервые, и оно кажется им совершенной глупостью.
– Конечно, – доброжелательно кивнул директор.
Лица непосредственных начальников мгновенно смягчились и даже украсились подобиями улыбок. Полянский нажал кнопку, и огромный плоский экран в углу кабинета ожил. Вначале на экран под тревожную музыку выплыло знакомое миллионам россиян название: «Скандальные расследования», потом появилось суровое лицо ведущего Шишлова.
– Здравствуйте, дорогие телезрители, – привычной скороговоркой начал он. – В окружающем нас мире ежедневно происходят сотни и тысячи вроде бы не связанных между собой событий, но иногда они складываются в определенную загадочную картину. Такие загадки мы и расследуем. Сегодня в студии тележурналист из города Лугань Иван Черепахин. Здравствуйте, Иван Сергеевич.
На экране появился Черепахин, который поведал странную историю о своих злоключениях и коротко показал сюжет, который причинил ему столько неприятностей. На этот раз борода оператора мелькнула на втором плане, зато крупно и со стоп-кадром продемонстрировали показания манометров.
– Судя по давлению в магистральном газопроводе, объем перекачиваемого газа больше, чем запланирован по договору поставки! – бодрой скороговоркой говорил за кадром Шишлов. – Это навело нас на определенные подозрения, и мы отправили съемочную группу вдоль российского газопровода на территорию нашего дружественного соседа...
– Во дают!
Директор потер седые виски.
– Это же натуральная разведгруппа! Кстати, мы используем их возможности?
Он обращался к Иванникову, но тот замешкался и перевел строгий взгляд на Полянского, как бы переадресовывая вопрос.
– Через «Скандальные расследования» мы дважды сливали дезинформацию: по спутниковому проекту в Вене и по атомной АЭС, – сразу ответил тот. – Может, были такие случаи и по другим делам, но я в них не участвовал и информацией не располагаю...
На экране между тем появился тянущийся по заросшей жестким кустарником степи магистральный газопровод с пробивающейся сквозь желтую краску коричневой ржавчиной. Камера сделала наезд и крупным планом показала вваренную сбоку трубу, меньшего диаметра, которая тут же ныряла под землю.
– ...неподалеку от Зеленых Лук мы обнаружили несанкционированную врезку, – прокомментировал Шишлов.
– ...и заинтересовались – куда она ведет...
Камера двинулась вдоль просевшей земли: врезанную трубу замаскировали не слишком тщательно. По рваному кадру и ограниченному полю видимости можно было определить, что съемка ведется скрыто – скорей всего из сумки.
– Оказалось, что незаконная труба ведет на охраняемый объект...
В кадре появился забор из колючей проволоки и угрожающие таблички: «Вхид заборонен[5]»
