Неожиданно мы оказались совсем близко. Я почувствовала его дыхание на своей шее. Руки были теплыми, не обжигали. Он смотрел на меня глазами цвета моря в ясный день, и в них был шутливый вызов, но я видела, что за этой легкостью кроется нечто другое. Тим знал, что мне небезразличен тот, кто вызывает в нем ненависть. Это знание острием ножа проходило по его незажившим ранам, оживляя мрачные воспоминания, заставляя тревожиться обо мне. Он был полон желания защитить и оградить меня от всего, что может причинить боль. Хотел быть другом. Словно тихий ручей, в меня втекали не высказанные, и вряд ли когда-нибудь озвученные слова и мысли. Два дня знакомства должны быть слишком малым сроком для теплых чувств, но их хватило, чтобы он захотел стать кем-то большим, чем просто друг. Его эмоции, спокойные, сильные, не принуждающие ни к чему, не сводили меня с ума, не заставляли терять связь с реальностью или путаться в себе. Они были чужие. Я могла отделить их от себя, осознать, попробовать на вкус. Внутри не моих чувств было тяжело думать. Одна за другой, словно волны в море, меня накрывали его желания. Я опустила взгляд на свои руки, все еще крепко державшие Тима. Касание — вот что было катализатором странного наваждения, обрушившегося пару раз на меня с Максом. Только тогда я не могла отделить свои переживания от его, а сейчас чувствовала четкую грань. У меня сбилось дыхание от понимания того, что происходит, и того, что было тогда. У меня был свой дар.
Новое ощущение потекло в меня: стыд за возникшую неловкость. Хоть это и чувствовалось так, словно я переживала из-за того, что смутила его, в голове я видела последовательность мыслей и то, кому они принадлежали. Тим забрал рюкзак из моих рук и отстранился. Я медленно опустилась на свое место, стараясь сдержать дрожь в руках. Последней мыслью, которую я уловила, прежде чем наши руки разъединились, было то, что он смутил меня своей близостью. Я уставилась на него, не зная, что сказать.
— Ты неправильно поняла.
Он смотрел на меня тепло и очень внимательно, боялся спугнуть. — Ами, прости.
Я была в ужасе, когда еще одна догадка пришла в мою и без того полную сомнений голову. Это происходит только со мной. Тим не заметил, что я влезла в его душу, прочла чувства — точнее, испытала их. Не было конкретных сформулированных мыслей. Только эмоции, выстраивающиеся в последовательно сменяющие друг друга ощущения, заставляя испытывать то же самое. Я была потрясена. Меня била крупная дрожь. Моя пугающая сила в том, что я — наглая воровка чужих тайн!
— Ами, успокойся.
Я не слышала, задыхаясь. Это было неправильно!
— Ами, посмотри на меня! — Он схватил меня за плечи, заставляя взглянуть на него.
В панике я начала вырываться, не желая, чтобы до меня кто-то дотрагивался, чтобы
В этот раз чувства нахлынули, словно наводнение, затопив мое сознание. Было больно. Неудержимая ярость из-за того, что кто-то посмел обидеть ту, что стала ему дорога. Вернее, я чувствовала, как беспомощный гнев бушевал во мне, гнев за то, что причинили боль человеку, которого хотела оградить от всего. Я была уверена, что не оставлю этого безнаказанным и больше никогда и никому не позволю навредить ему. Ей. Мне. Эмоции были настолько сильными, что практически слились с моими, заставляя чувствовать горечь от содеянного. Ярость кипела во мне с такой силой, что я верила в то, что это произошло на самом деле. Сил сопротивляться не осталось, где-то во мне кричала та, кому навязывались чужие переживания.
Я почувствовала, что плачу, лишь когда обжигающие слезы потекли по руке.
— Отпусти, — прошептала я.
Тим пораженно смотрел на меня. Он был в бешенстве, решив, что Макс позволил себе больше, чем просто быть моим спутником, и применил силу. Посмел обидеть. Он был уверен в своем заблуждении. Его ярость кипела во мне. В памяти всплыли злость и ненависть, которые накрыли меня, когда такое произошло в первый раз с Максом. Мысли и чувства путались. Негодование Тима и гнев Макса пылали во мне, смешиваясь в единое целое, причиняя невероятную боль. Чувствовала я ее вполне реально и больше терпеть не могла.
— Пожалуйста! — взмолилась я
Тим отстранился.
«Дыши, слышишь, дыши», — вдруг вспомнила слова Макса.
Мысли потекли лихорадочно. Я старалась успокоить дыхание. Макс все понял. Понял раньше меня то, что происходило между нами тогда, ночью. Раньше меня почувствовал ту связь, которая возникла с ним и сейчас повторилась с Тимом. То, как мы выкатились под дождь, не было случайностью. Он подстроил это. Остановил нас. Уберег от ошибки. Защитил снова, только в этот раз от самого себя.
— Ами, посмотри на меня! — Голос Тима вернул меня в реальность.
— Тебе не нужно бояться. — Он присел рядом, оставляя мне свободное пространство между нами.
— Никто не причинит тебе вреда здесь, с нами. Никто, слышишь? Я не такой, как он. Никто больше тебя не обидит. — Он робко потянулся, чтобы взять меня за руки, поддерживая.
