Для меня являлось загадкой, как можно нестись на животном весом более пятисот килограммов, не свалиться с него и при этом еще и управлять. Казалось, Тим ничего не делает, кроме того, что держит поводья, но его конь знал, куда двигаться, где повернуть, а где сбавить ход. Словно, они читали мысли друг друга, были единым целым.
Даже не спорю, лошади очень красивые животные: огромные умные глаза, развевающаяся грива, изящная поступь. Прекрасное зрелище! Но это где-нибудь в кино, а не тогда, когда ты сам скачешь верхом. Я ни разу не сидела на лошади, даже не мечтала о подобном счастье. И тем не менее, мне выпала удача в полной мере ощутить на себе все прелести галопа, чему моя пятая точка была совершенно не рада. А еще через полчаса я постигла истину, которую знают, наверно, только наездники: верховая езда, хоть и выглядит красиво, но требует немалых усилий.
Но я сама не заметила, как начала наслаждаться нашей поездкой. Легкий ветер, развевающий волосы, шорох листьев под копытами лошади. Непередаваемый восторг!
— Нравится? — спросил Тим, заметив, что я ослабила хватку и отлипла от его спины.
— Да! — ответила я, испытывая счастье от первой в моей жизни прогулки верхом.
Ветер громко заржал.
— Я же говорил, подружитесь.
Может быть, дома я решу заняться конным спортом. А пока основной задачей было удержаться в седле.
Постепенно мысли вернулись к настоящему положению дел.
Через пару часов езды верхом мы будем на месте. Я так и не нашла ответа, который должен быть где-то под носом. Поэтому, помня наставления Макса о времени, торопила Тима с выходом в дорогу без каких-либо объяснений. Хотя его не пришлось долго уговаривать: он и сам спешил. Не знаю, что больше его мотивировало — данное обещание или же мысль о том, что он сможет отомстить за погибших друзей. Думаю, второе.
Я согласилась на предложение Тима, надеясь, что его план в корне неверен. Нужна всего лишь малость: чтобы Макс не пришел.
Тим был уверен, что он помешался на портале. Пока они избивали друг друга на месте преступления, Макс, как безумный, повторял, что нужно найти проход, а как только он найдет его, уничтожит всех по ту сторону.
Все, что я узнала о нем, не должно было оставить и тени сомнения в принятом решении. Хотя бы в том, что он чудовище, убийца. Макс и сам не отрицал этого.
Только чувство, что я предаю друга, не покидало меня. Разрывающая на части боль с новой силой вспыхнула в груди. Неправильно! Это все неправильно!
Предать огню шестерых человек… Тим называл их имена. Для меня они были лишь еще одной деталью случившегося убийства, но Макс знал каждого. Грудь сдавило холодным обручем боли и страха. Как я могла так бездушно настаивать на невиновности Макса, когда Тим был там и видел, как превращались в пепел его друзья?! Эгоистка, думающая только о себе! Признать, что почти влюбилась в убийцу, не просто. Легче твердить, что он не такой, не щадя чувства других. Или все же не было «почти»? Я снова прижалась к спине Тима, желая отдохнуть от непрошеных мыслей.
Чтобы сдержать обещание, я должна отбросить все сомнения. Только как? Как это сделать? «Если не знаешь, с чего начать, начни с начала», — любил повторять отец. Почему бы не попробовать?
Едва попав в этот мир, мы оказались в западне, которую устроил Макс, используя свою силу. С того боя не вернулись четверо. При этом нам он помог избежать той опасности, что сгубила остальных. Вывел из пожарища, защитил от снежных волков и ни разу не причинил вреда.
Я ведь видела огонь и чувствовала ненависть, переполняющую его, когда он уничтожил всех тварей. В тот миг он был тем, кто смог бы без сожаления сделать то, чего он не отрицает сам.
О последнем думать не хотелось, но память услужливо обрисовывала все в мельчайших деталях, каждый раз обжигая воспоминаниями не моих чувств. Нестерпимое желание и страсть, накрывшие нас. Чем же было то, что я испытывала между поцелуями и объятиями? Могло ли это быть большим, чем похоть? Или всего лишь желание утолить жажду обладания женским телом? Если так, почему тогда сам все остановил? Стоило бы выкинуть эти мысли из головы.
Если бы только я могла…
А еще он сдержал обещание. Хотя мог добавить человек десять к списку жертв. Тогда почему? Потому что мы нужны для того, чтобы найти проход? Только это? Инструмент для достижения цели, и ничего больше? Будет ли он там? Что-то подсказывало, что да. Все сходилось. Только я не могла поверить. Значит нужно просто принять.
