Когда замуж, Инка? полностью

– Ух ты, он прямо сейчас онлайн! И заглядывал ко мне.

Нана и Рейчел смотрят мне через плечо. Внезапно приходит новое уведомление, потом еще и еще.

– Видишь?! – кричит Рейчел. – Он лайкает все твои фотки.

Я не верю своим глазам. Господи боже мой! Ему понравилась моя фотография с подругами в Zizzi. Наша с Наной фотография в Гайд-парке. Даже последняя: Нана сфоткала меня в кафе, продающем навынос карибскую еду.

– Простите, что прерываю…

Рейчел, Нана и я поворачиваемся на голос. Фрэнк чешет затылок.

– Могу я быть вам полезен чем-то еще, или это все?

– Ну, как тебе в первый раз в жизни с искусственными волосами? – интересуется тетя Блессинг, держа меня за плечи.

Мы у нее в гостиной, она сидит на диване, я – на полу, у нее между коленями, разглядываю покупной 16-дюймовый локон. Глажу и глажу его. Он такой шелковистый!

– Я в восторге, только попу отсидела.

– Сделаем перерыв?

– Нет, лучше продолжим.

Тетя Блессинг вплетает акрил мне в волосы, начав с затылка. Она совершает круговые движения, пока не останавливается на полпути. Дальше начинается самое ответственное: орудуя иголкой с ниткой, она пришивает уточины локона к моей афрокосичке. Раньше я только наблюдала такое со стороны, а сейчас надеюсь, что она не уколет меня и не пришьет искусственный локон прямо к голове.

– Почему тебе вдруг захотелось накладные волосы? – спрашивает она, передавая мне иголку с ниткой и ножницы. – Лично у меня их не было до первого перманента. Еще двадцать лет назад я разгуливала со своими волосами.

– Сама не знаю… Просто захотелось перемен. – Сейчас моя задача – продеть нитку в ушко иголки. Я добиваюсь цели только с пятой попытки, потом вытягиваю нитку на несколько дюймов и отдаю иголку тетушке.

– Чуть не забыла! – Она забирает иголку через мое плечо. – Сегодня мне звонила твоя подруга Нана. Мы всласть наболтались.

– Нана?.. – Я инстинктивно оборачиваюсь. Тетя Блессинг заставляет меня сесть прямо.

– У нее были вопросы про запуск собственного бизнеса.

– Да, ведь я дала ей ваш номер! Ты смогла ей помочь?

– Мы обсудили бухгалтерский учет, налоговые льготы и прочее, что необходимо знать владелице собственного бизнеса. Она призналась, что так много ей сразу не усвоить, и решила заглянуть ко мне в воскресенье.

– Здорово! Спасибо, тетушка. Знаю, для нее это очень важно.

Я изо всех сил стараюсь не вертеть головой, пока тетушка Блессинг вшивает мне в косички искусственные волосы. Между прочим, это совсем не больно.

– Она сказала, что ей нужны спонсоры?

– Ска-за-ла, – отвечает тетя Блессинг нараспев. – Я обращусь к своим клиентам. Некоторым нравится вкладываться в стартапы. В обмен на рекламу их брендов они, надеюсь, проявят щедрость; я тоже планирую сделать взнос.

– Правда, тетушка? – Я пытаюсь оглянуться, но не тут-то было: можно подумать, что она держит меня на тугой резинке. – Ужасно мило с твоей стороны.

– Как же не помочь? Теперь немного опусти голову… Хорошо. Как прошло собеседование в четверг?

– Если мы ненадолго прервемся, я тебе покажу.

Тетя Блессинг перестает шить.

– Давай!

Я поднимаю с пола свой телефон, открываю почту и показываю ей.

«Дорогая Инка! – Так начинается письмо. Я смотрю на тетушку, мне важна ее реакция. – Спасибо, что нашли время для разговора о вашем интересе к работе в Oscar Larsson. На меня произвели большое впечатление ваша квалификация, опыт… бла-бла-бла. Учитывая все это, – тетя уже улыбается, – мы заинтересованы в продолжении обсуждения вашего опыта… – Ну же! – Хотели бы пригласить вас на второе собеседование в понедельник 15 февраля, в 10.30». – Yesss!

– Вот какая у меня племянница! – Тетя Блессинг поднимает кулак, и мы с ней по-детски ударяемся ладонями. – Ты уже сообщила матери? – Она отдает мне телефон. – То-то она порадуется! Как она отреагировала на то, что тебя сократили?

Я сажусь, как раньше, – спиной к ней.

– Ясно, огорчилась. – Я закрываю глаза. – Зато теперь она будет ликовать!

– Конечно, но только… Я предпочитаю подождать. Зачем обнадеживать ее раньше времени? Сперва получу работу, а уж потом…

Меня корежит от того, что я вру тете Блессинг. Но правда ведь, не слишком ли много я рассказываю маме? Понимаю, тетя Блессинг хочет как лучше, недаром она юрист. Слава богу, мама и тетя Блессинг – не из тех сестер, которые перезваниваются каждую неделю.

Я жду, что тетушка продолжит расспросы, но она, к моему облегчению, снова просит меня вдеть нитку в иголку. В этот раз я справляюсь уже со второй попытки. Еще немного – и я стану мастерицей по этой части. Тетушка выпрямляет мою голову и опять шьет.

– Инка, у меня есть к тебе разговор. – Я вся подбираюсь. – Про ту предродительскую вечеринку… – Я облегченно перевожу дух. – Молитва тетушки Дебби была совершенно лишней. Но давай назовем вещи своими именами: им страшно, что ты повторишь мою судьбу.