– Думаю, желание заглянуть туда возникло у меня после нашего разговора о вере. Захотелось, так сказать, наведаться в свое прошлое. Сейчас я не назову себя верующим христианином, но определенно я… заинтригован. Ты слыхала о курсе «Альфа»?[34] Я начну его посещать через две недели.
– У меня нет слов…
От улыбки Донована у меня в животе начинается сладостный трепет.
– Между прочим, у нас есть повод для праздника. Я узнал про твою новую работу. Ты свободна в следующую субботу?
Мои губы улыбаются сами по себе.
– Только учти, никакого шика. – Моя улыбка становится еще шире. – Просто «Чикен Коттедж» или что-то еще в этом роде.
– Так прямо «Чикен Коттедж»…
– А как насчет «Нандо»?
Опять эти ямочки у него на щеках!
– Донован, ты в курсе, что приглашаешь меня на свидание? Я думала, ты боишься предлагать такое женщинам.
Донован чешет в затылке.
– Вообще-то да. Но ты – исключение. – И, не в силах дольше сохранять серьезность, он переспрашивает: – Так ты свободна в следующую субботу?
– Да. – Я улыбаюсь настолько широко, насколько позволяет мускулатура щек. И, изображая пресыщенность, добавляю: – Если надо.
Диджей ставит известную всем композицию Candy группы «Камео». Гости дружно торопятся на танцпол, где самые увлеченные танцоры уже выстроились рядами и для начала тренируются под басы, с какой ноги начинать.
– Ух ты! – Донован щелкает пальцами. – Разок у меня это получилось – но только разок.
Я испуганно тяну его за руку.
– Я не сильна в танце «электрик слайд».
Донован разочарован.
– И я слышу это от черной женщины?!
– Должен же быть на свете хотя бы один чернокожий человек, которому это не дано?
– Не бойся, я тебя научу! – смеется Донован и опять берет меня за руку.
Мы выходим на танцпол и стоим бок о бок, глядя туда же, куда все остальные.
– Смотри, все просто. – Он делает два шага влево, два вправо, два влево, два назад, два вперед, выбрасывает в сторону ногу, поворачивается на 90 градусов – и повторяет все то же самое сначала.
Донован прав, это не бином Ньютона. (Правда, на свадьбе Кеми я с этим танцем опозорилась.) Две неудачные попытки начать, два неполноценных поворота – и я все-таки ловлю ритм.
– Вот видишь! – радуется Донован. – А ты говорила… Ты как будто для этого родилась!
Я делаю два шага влево, два вправо. Высматриваю в толпе лица дорогих мне людей.
Тетя Блессинг, тетя Дебби, Биг Мама, моя мама.
Кеми, Уче, Чинеду, дети Олы.
– Упс! Прости, Донован.
