Они его пережили. И более или менее наладили отношения. Можно сказать, сдружились. Со стороны же выглядели идеальной семьей. Все закончилось, когда Сережа разлюбил. Пацаны тогда в первый класс пошли. Родители стояли на торжественной линейке, с гордостью смотрели на своих рослых и симпатичных детей в модных пиджачках, Лиза роняла слезы умиления, а Сережа не испытывал желания ее обнимать, держать за руку. Это странно, потому что подобные моменты сближают, подумал он, после чего выдал:
– Я кое с кем встречаюсь.
– Сегодня? – Лиза не сразу поняла, о чем он. – Но мы же хотели все вместе поехать после школы в парк…
– В моей жизни появилась женщина, – изменил формулировку он. – Пока между нами нет ничего серьезного, но я хотел бы попробовать построить новые отношения, коль старые не удались. – Сережа внимательно посмотрел на жену. – С последним ты не будешь спорить?
Она не стала, вместо этого спросила:
– Ты влюблен в нее?
– Да.
– Значит, ко мне ты чувств больше не испытываешь, – констатировала Лиза.
– Я устал играть в одни ворота, вот и позволил себе увлечение. Оно не переросло бы во что-то большее, если бы сейчас, когда мы провожаем наших детей первый раз в первый класс, я понял, что мы не только их родители, но и крепкая пара. Вот только мы каждый сам по себе! А нам всего лишь около тридцати (тебе чуть меньше, мне – больше), вся жизнь впереди…
Он еще что-то говорил, а Лиза кивала. Ей бы расстраиваться из-за того, что ее разлюбили, что рушится семья, что предстоит серьезный разговор с отцом, сыновьями, общими друзьями, развод, раздел имущества и много чего еще… Но Лиза внутренне улыбалась, чувствуя облегчение. Скоро она избавится от ненавистных семейных уз! Еще и виноватой в этом не останется, ведь это Сережа все испортил, он завел любовницу, а она ни разу ему не изменила. К ней вообще не придраться. Идеальная жена. И тоже с одним лишь недостатком – нелюбящая…
Нелюбящей и нелюбимому не построить крепких отношений! Но они попытались.
…Развелись Лиза и Сережа без особых проблем. Он снова женился. Но и этот брак долго не просуществовал. Новая супруга оказалась корыстной. Думала, богача отхватила, но у Сережи, кроме крутой тачки, ничегошеньки нет, и на квартиру и загородный дом нужно с нуля зарабатывать, потому что вся недвижимость записана на бывшего свекра и жену. Когда рухнул и этот брак, отец Вячика и Славы уехал в Германию. Лиза, получив наконец высшее образование – теперь экономическое, – занялась косметическим бизнесом. Подаривший его ей отец переехал в Астрахань. Звал и дочь с внуками, но та помнила зарок, который дала себе, и в город, где несколько раз умирала, не совалась…
До тех пор, пока в нем не умер ее папа!
Он ехал и улыбался…
Как дурачок!
– Братан, здоро́во! – услышал окрик и обернулся на голос. Из машины, двигающейся в соседнем ряду, ему махал парень. – Ты чего тут, а не на турбазе? Тебя там все ждут с катером, ты ж обещал девочек покатать!
– Я не тот, за кого ты меня принимаешь, – ответил ему Вячик.
– Славян, ты че?
– Я его брат.
– В натуре? Близнец, что ли? И как тебя звать?
– Вова, – зачем-то соврал он.
– Давай с нами?
– Не, у меня дела. Но спасибо за приглашение! – И дал по газам.
Брат присвоил его второе, сокращенное имя, и теперь ничего не исправить. В Астрахани уж точно!
Вячеслав начал называть себя Славой еще в вузе. Вячик – это смешно, нелепо, по-детски, но он не против, когда его так называют домашние. Брат же взял себе Стаса, но был этим недоволен.
– Почему мне вечно достаются объедки? – бурчал он. – Отец мечтал о сыне по имени Вячеслав, что означает «самый славный», и дал его первенцу. Я всего на десять минут опоздал и получил Станислава. Тоже типа шикарно, а я был бы рад банальному, по папиному мнению, Сереже или Диме.
– Я предлагал тебе поменяться именами. Никто бы не заметил разницы.
– Поздно предложил, матушка уже научилась нас различать. Да и что Вячик, что Стасик – одна фигня. Не сокращенные имена, а клички для насекомых. Думал, вырасту – стану Славой, так нет, ты меня опередил!
– Мое имя только так сокращается.
– Поэтому я по-прежнему таракан. Только уже не мадагаскарский.
Вспомнив о брате, Вячик нахмурился. Чем он обидел Софью, что она бежала от него без оглядки? Сама она на этот вопрос не ответила и резко сменила тему.
Поматросил и бросил, подумал Вячик. Стас с женским полом вел себя легкомысленно, мог встречаться сразу с несколькими девушками, бросать их без объяснений, игнорировать, но возникать из ниоткуда как ни в чем не бывало. Прирожденный манипулятор, Стасик крутил-вертел барышнями, но угрызений совести не испытывал.
– Ты же видишь, кого я выбираю, – говорил он Вячику. – Гламурных телочек, клубных профурсеток, щеголих, тарелочниц. У них, как у меня, нет чувств, только цели. Они хотят меня заарканить, а я – их чпокнуть. И они, и я получают не совсем то, на что надеялись.
– Они понятно, а ты разве не всех, на кого глаз положил, в постель затащил?
