— А я всегда прихожу через десять или пятнадцать минут. То есть вы ожидаете, что я приду тогда, когда я обычно прихожу. Значит, я вовремя.
Гермиона едва ли могла удержаться от того, чтобы не закатить глаза, а Гарри улыбнулся.
22 июня, 04:02
Гермиона обошла люк в полу, находясь лицом к Малфою, а затем наклонилась, чтобы поднять его. Послышался шорох, мелькнул длинный толстый хвост, который мог быть только крысиным. Она съежилась, быстро потянулась за своим портфелем, надеясь, что его не погрызли. Ей придется наложить на него несколько заклинаний, чтобы в следующий раз защитить от мелких зубов.
— У меня встреча завтра днем, на которой я должен быть.
Гермиона удивленно подняла глаза, лишь отдалённым уголком сознания задаваясь вопросом, почему его ноги не сместились из её поля зрения и не направились в сторону ванной. Она спрятала свой все еще несъеденный портфель под мышкой, закрывая люк, а затем быстро поднялась, пока клубы пыли не забились ей в горло.
Малфой самым смущающим образом смотрел ей в глаза с того момента, как они пересеклись взглядами.
— В Азкабане? — спросила она, неловко передвигаясь и пытаясь понять, почему он удосужился поделиться этим с ней, — с…
— Нет. Гант запросил встречу через Хана.
Гант. Человек, который управлял магазином Линча. Гермиона поджала губы, нахмурив брови.
— Зачем Ганту встречаться с тобой?
— Если бы я знал, я бы сказал.
Гермиона сомневалась в этом, если только Малфой не боялся, что это подстава или атака.
— Во сколько?
— В полдень.
Замечательно. Она ни за что не сможет вытащить Малфоя из Азкабана посреди дня, что оставляло два варианта. Либо он пропускает встречу — потенциально проблематично, и они не узнают, чего хочет Гант, либо остается в доме на ночь. Оба остаются в доме на ночь. У нее не было причин связываться с аврорами — Рим еще не был рассекречен Пожирателями, и поэтому никому из них пока не приходилось спать посменно или нести вахту.
Только она и Малфой. В доме. Посреди леса в Уэльсе.
Гермиона чувствовала, как боль начинает давить где-то в центре головы, и понимала, что сегодня ей не уснуть. В обычные ночи она завершала записи разговора с Малфоем, шла домой, принимала душ и завтракала, а затем сразу же направлялась на работу. Она спала в перерыве между своей укороченной рабочей сменой в Министерстве и временем, когда нужно было забирать Малфоя из тюрьмы, так что проблема была не во сне. Дело было даже не в пропущенной работе. Просто в ту секунду, как Малфой ступал в лодку, она удаляла его из своей жизни. Факт заключался в том, что рядом с ним Гермионе не хватало ощущения безопасности, а еще она не могла его прочитать.
— Значит это то, в чем ты будешь спать?
Он посмотрел на свою рубашку и брюки и остановил взгляд на своих ногах. На его лице отразилась некая перемена, но что бы это ни было, или чтобы он ни собирался сказать, все исчезло, когда он поднял на нее глаза.
— Я сниму ботинки и мантию.
Она кивнула, подождала, а затем приподняла подбородок, когда он не двинулся с места.
— Хорошо. Дай мне палочку.
Малфой стянул мантию со скоростью человека, намеренно игнорирующего ее нетерпение. Она с растущим раздражением наблюдала, как он медленно начал ее сворачивать, а затем повесил на стул, разглаживая складки на ткани. Он вытащил палочку из кармана, и она отвела взгляд, который заставляла себя удерживать, смотря ему в глаза. Малфой не вытянул руку полностью, вынуждая ее сделать шаг навстречу, и Гермиона готова была поклясться, что он счел забавным то, как она вырывала ее из его хватки.
Он потянулся снять ботинок, но затем его нога резко шлепнула по полу, когда она снова наложила на него заклинание слежения. Его левый кулак сжался один раз, челка упала на глаза, и на его лице читался гневный вопрос: “Закончила?” Она безучастно посмотрела в ответ. На его челюсти дернулся мускул, и Малфой наконец завершил начатое.
— Соедини кулаки вместе, — потребовала Гермиона.
Малфой резко вскинул голову. Он открыл рот, а затем сжал губы, пока они не превратились в тонкую полоску белого цвета. Она отвела взгляд от его лица, наблюдая, как он поднимает руки и сжимает пальцы в кулаки. Затем Гермиона несколькими быстрыми поворотами палочки связала ему руки.
— Я должен так спать?
— Да. Если ты достаточно устал, то справишься.
— Я могу справиться со многими вещами, про которые сразу и не скажешь, — тихо произнес он.
Она подняла глаза, и он мрачно посмотрел на нее в ответ, между ними повисла какая-то форма угрозы или предупреждения.
— Может быть, мне стоит связать тебе и ноги.
Челюсти Малфоя остались сжатыми, а взгляд застыл, когда он поднял глаза над ее головой — такой же у него был, когда она впервые заговорила с ним о Задании. Она спрашивала себя, было ли это из-за того, что он чувствовал себя как в клетке или пытался сдержать гнев.
— Вторая дверь слева по коридору, — сказала Гермиона, напряженно прижимая большой палец к палочке, водя по ней вверх, вниз, вверх.
