Погрузившись в созерцание пейзажа, Колосов размышлял. Если отталкиваться от имеющихся у него данных о питании микоидов, биороботы должны проявлять скрытность в принятии пищи, иначе их поймают. На дополнительный запрос Знайка пояснил, что, в принципе, обычная еда им не повредит, но для нормального функционирования всё-таки требуется специальная диета. Следовательно, в столовую микоид не ходит, ест дома. Хотя та же Валентина, например, укрыта от чужих глаз на кухне. В любом случае, если заглянуть ко всем подозреваемым в холодильник или шкафчик в ванной, есть шанс обнаружить там улики.
Другое дело, что добраться до холодильника будет крайне непростой задачей. Идти на незаконное проникновение в коттедж не хотелось. Лучше придумать метод поизящнее, благо по времени Георгий не ограничен. Точнее, начальство сформулировало без жёстких рамок: «Постарайся дней за десять разгрести». Колосов взял под козырёк. Правда, тогда он ещё не знал, чем предстоит заниматься.
Формально рабочий день Вали считался ненормированным. Правило хорошего общепита — работа до последнего клиента. На самом же деле шеф-повар обладала массой свободного времени: завтракали сотрудники института с семи утра до без пятнадцати восемь, потом наступал штиль; «умная кухня» заглатывала подготовленное обеденное меню, сама пыхтела и кашеварила, а Валя лишь приглядывала, чтобы не случилось каких-нибудь накладок вроде внезапно закончившегося риса из-за ничем не мотивированного спроса в конкретный день; затем, с двенадцати и до четырёх, наблюдался наплыв желающих подкрепиться, основной пик которого приходился на официальный обеденный перерыв; на ужин же приходило процентов десять от общего числа жителей посёлка при НИИ, поскольку многие питались дома, в кругу семьи, или вообще катались в город, чтобы ещё и прогуляться.
Валя однажды занялась подсчётами и обнаружила, что непосредственно на работу тратит не больше четырёх-пяти часов. Хотя находится там с семи и до плюс-минус до 20.00. Будучи девушкой честной, она отправилась к Хлебникову и обрисовала ситуацию. Сергей Сергеевич похвалил её за откровенность, сообщив, что в курсе, не видит в этом проблемы, да и вообще профессия повара только раньше считалось одной из крайне тяжёлых, а сейчас прогресс исправил застарелую несправедливость. А если Валентине вдруг скучно, то ей прямая дорога получать второе высшее. Параллельно работе и без отрыва от производства.
В очередной раз проверив, что всё вымыто, расставлено и выключено, Валя покинула столовую. Уже на выходе она в прямом смысле столкнулась с «мистером Отличный Зад». В руках он держал бутылку и упаковку с двумя бокалами.
— Ой! — только и смогла сказать Валя.
— Нас не представили по-нормальному. Георгий. Хотите вина?
— Вот так, в лоб, без прелюдий и ухаживаний? — Валя удивлённо захлопала глазами.
— Буду откровенен. Расстроит вас это или обрадует, не знаю, но у меня нет никаких далекоидущих планов. Скажу больше, имею определённые корыстные мотивы: человек я тут новый. Толком никого не знаю, а кто как ни повар всё видит и обо всём в курсе?..
— То есть вы шпион, вербующий информатора за бутылку?
— Не совсем. Меня прислал один из заказчиков вашего НИИ с инспекцией. Большего, к сожалению, сообщить не могу. Вы мне очень поможете, если согласитесь непринуждённо поболтать.
— Хорошо, — Валя кивнула. Внезапно захотелось простого человеческого общения, которого она была лишена долгое время. Тем более Георгий приходил на обед в компании с высшим руководством института, что давало ему некий карт-бланш перед остальными. Не в плане невнятных перспектив, а в плане порядочности. Опять же, сегодняшние мысли про «было бы неплохо» снова полезли в голову, заставляя сердце чаще биться.
— Ко мне, к вам, на озеро?
— На озере скоро станет прохладно. А вас где разместили?
— В западной части. Пять минут до пляжа.
— Далековато. Я ближе живу, пойдёмте ко мне.
Георгий кивнул, учтиво подставил локоть. Валя взяла его под руку. Когда её пальцы легли на твёрдый бицепс «мистера Отличный Зад», она почувствовала лёгкое возбуждение в груди и сильно ниже. Там, где оно и должно было возникать.
Предчувствие терзало Пересвета не хуже больного зуба. Тот в запущенном случае хотя бы вырвать можно, а от подозрения, что неустановленная «светлая футболка» торчал в лесу не просто так, избавиться не удавалось. Командир уже и железо потягал, и кросс пробежал, и грушу как следует отлупил, а нехорошие мысли никуда не уходили.
