— У вас что, какой-то местный праздник типа Нового года? — Песец брезгливо оглядел мешок. — Пёс Мороз, Пёс Мороз, нам подарочки принёс?
— Не смешно. — Барсукот развязал мешок. — Ты хотел «Муху в янтаре», Песец. Вот «Муха в янтаре».
— Что значит — вот? — Песец оторопело уставился на «Муху», которую Барсукот вытащил из своего мешка. — Где вы её взяли? Разве она не была конфискована до окончания следствия?
— Где я её взял — моё личное дело.
— Но могу я хотя бы осведомиться, зачем вы притащили ко мне в гостиницу конфискованное произведение искусства, которое, насколько я знаю, является собственностью всех зверей Дальнего Леса?
— Я хочу … Я могу … — Барсукот собрался с духом, зажмурился, прижал уши к голове и выпалил: — Я готов продать вам «Муху в янтаре» за миллион шишей.
— Вот как. — Песец прищурился.
— Да, так.
— Я правильно понимаю, что Барсук Полиции только что предложил мне купить у него произведение искусства, которое означенный Барсук Полиции украл из хранилища конфиската?
— Вы покупаете «Муху» или нет? — Барсукот дёрнул хвостом.
Песец подошёл к «Мухе», любовно её обнюхал, нежно погладил лапой следы от когтей преступника на янтарной поверхности, улыбнулся и сказал:
— Нет.
— Как нет?
— Очень просто. Нет. Мне не нужна эта «Муха».
— Но … вы же сами предлагали за неё миллион шишей Кроту-экскурсоводу!
— Видите ли, молодой зверёк. Когда я предлагал за это произведение миллион, оно было целым и невредимым. Теперь же оно испорчено. Поглядите, какие на нём царапины. Теперь я за него и шиша ломаного не дам.
— Ни одного шиша? — растерянно переспросил Барсукот.
— Ни одного.
— Но … Я должен заплатить преступникам выкуп. За Маркизу. За кошку моей мечты. Пожалуйста! Может быть, вам нужно что-то ещё? Смотрите, — Барсукот трясущимися лапами полез в мешок, — у меня тут есть птичье молоко … И хвосты ящерицы … И целая горсть фальшишей!..
— Хвосты — неинтересно, — скучным голосом отозвался Песец. — Фальшиши — тоже неинтересно. Птичье молоко было бы интересно, но его, насколько я знаю, не существует в природе.
— Существует! — горячо возразил Барсукот. — Наш Гриф Стервятник провёл экспертизу, и она показала, что это молоко неизвестного науке пернатого зверя. Гриф даже собирался написать на эту тему научный трактат …
— Что ж, любопытно. — Песец понюхал птичье молоко и явно остался доволен. — Однако эта субстанция точно не стоит миллиона шишей. Я готов дать за неё … хм … один флакон своего одеколона и один полезный совет.
— Зачем мне флакон одеколона?!
— Сам по себе, наверное, низачем, хотя респектабельный запах никому ещё не вредил. Но в вашем случае флакон одеколона уместен именно в сочетании с полезным советом. А совет такой. Вам следует уложить «Муху в янтаре», а также все остальные удивительные предметы, которые вы тут разбросали, обратно в мешок и отправиться в Ближний Лес к сычам по кличке Уг и Чак, они скупщики краденого и тонкие ценители искусства. Предложите им «Муху в янтаре» и остальное барахло. Возможно, они согласятся вам заплатить.
— А одеколон зачем?
— Как зачем? Когда сычи вам заплатят, вы отдадите выкуп и получите назад свою кошку, вы разве не хотите произвести на неё сильное впечатление? Вообразите: она бросается к вам в объятия, а вы благоухаете на весь Дальний Лес непобедимым, сильным, доминантным самцом — это если вы выберете одеколон «Альфа-самец». Или вы будете резко пованивать строгим, беспощадным, но справедливым хозяином территории. В одеколоне «Моя территория» — восемь оттенков потной шерсти диких хищников и лёгкая нотка страха преследуемой жертвы, за счёт капли крови барашка …
— Вы что, продавец? — спросил Барсукот.
— Я начинал с малого, развозил зверскую парфюмерию по лесам и долам. Но сейчас у меня собственный бизнес. Я респектабельный, состоятельный зверь. Так что, берёте одеколон в обмен на молоко птицы?
