Начиналась новая жизнь. В углу в мусоре валялись привезенные войлочные сапоги, старые шапки.
Нас вызвали в посольство Израиля подписать отказ от израильской визы. Проходило это совершенно безболезненно. С удивлением мы смотрели на украшения иудаики на стенах и столах серьезного офиса. Смотрите, израильский флаг на стене, а вот минора — семисвечник. Сотрудники посольства при входе целовали мезузы на дверях. Всё это свободно, без стеснения. Мы, забитые бесправные советские евреи, смотрели на это с открытыми ртами. Мы отходили от галута.
В посольстве Израиля нас не стыдили за то, что мы хотим уехать в Америку, не пытались изменить наше решение. Много лет спустя, уже в Америке, мне посчастливилось услышать выступление бывшего Советника посольства Израиля 1987 года в Австрии, Дана Ашбеля, перед русскоязычными евреями:
— Нет, мы не противились тому, что русские евреи едут мимо Израиля. Мы хотели показать, что они находятся в свободном мире, и могут свободно принимать решение, где им жить и куда ехать. Мы были уверены, что произральские чувства этих людей не изменятся, где бы они не жили, и мы не ошиблись.
А потом, под аплодисменты публики, добавил:
— Это я лично подписывал вам в Вене отказы от израильской визы!
К моему удивлению, евреи-беженцы из СССР, уехавшие из Вены и Рима в Израиль, а не в Америку, через много лет начнут говорить о каком-то неправильном решении тех, кто уехал в США. Появились осуждающие голоса, мол один галут променяли на другой. Нас обвинили чуть ли не в каком-то предательстве Израиля, заговорили о «колбасной» эмиграции в сытую Америку.
Ничего подобного, конечно, не было. Мы один народ — русскоязычные евреи, и нам делить нечего.
А произошло вот что. В 1989 году двери СССР практически распахнулись. Волна эмиграции выросла во много раз. В то же время Америка, возможно по согласованию с Израилем, перестала принимать евреев из СССР, не имеющих прямых родственников в США. На «закрытии» Америки, как потом оказалось, настаивали и бывшие советские евреи-диссиденты, доказывая, что все евреи должны жить в Израиле. Ведь они именно за это и боролись! То ли Израиль спохватился, решив, что русские евреи нужны и ему, то ли Америка решила, что с неё хватит евреев, но разрешения на въезд в Америку почти прекратились. Американские двери закрылись. С 1989 большинство эмигрантов направлялись в Израиль. Этот факт будет нечестно причислить к всплеску израильского патриотизма у советских беженцев. С 1989 года из Советского Союза уезжали те, которые раньше, то ли из страха, то ли по каким-то другим причинам, в 70-80 годы не готовы были подавать документы на выезд. С 1989 года получить разрешение на выезд из СССР становится довольно легко. Так сложились обстоятельства. Некоторые сожалели о необходимости ехать в Израиль, а не в США, тем более, что начинали доходить слухи о неготовности Израиля принять такое большое число репатриантов. В свободном мире бытовые условия, родственные связи не следуют смешивать с недостатком патриотизма. Почти миллион коренных израильтян живет и работает за пределами Израиля, не переставая его любить и поддерживать. И русскоязычные евреи-американцы, безусловно, горой за Израиль. Маленькое еврейское государство Израиль — не только предмет нашей гордости, но и единственное место, где евреи — хозяева земли, обещанной нам Богом, Земли Обетованной.
Чудесная Вена. Знаменитый Венский оперный театр. Подземный торговый город, в котором было всё на свете, поражал великолепием. Жаль, денег ни на что у нас не было. Денег, выданных ХИАСом, хватало только на продукты и жильё.
Увидели демонстрацию за мир в центре Вены. Демонстранты держали в руках воздушные шары с надписью «Мир» на разных языках. На одном из шаров по-английски было написано еврейское слово «Шалом» — мир.
Тесть ходил по Вене в пиджаке с орденами и медалями советской армии, полученные им за участие во Второй Мировой войне. Однажды вернулся покрасневший и злой.
— Что случилось? — спрашиваем.
— Мне за спиной сказали «Рашен швайн» — русская свинья. Да я их во время войны… Куда вы меня везете? К фашистам?
— Яков Моисеевич, — пытаюсь успокоить тестя, — Ну, кто такие австрияки? Те же немцы. Вот приедем в Америку, Америка была нашей союзницей во время войны. В Америке русские ордена уважают…
Вечером пожилой ветеран открутил ордена и медали со своего пиджака и бережно сложил их в чемодан.
Продали икру и водку. К нам приехал пожилой украинец–бандеровец и скупил у всех водку: «Люблю русскую горилку», — сказал.
По коллекту позвонили с переговорного пункта Мише в Америку. Едем.
Пробыв месяц в Вене, мы уехали в Италию. То, что Италия — не Австрия, мы почувствовали сразу. Денег давали меньше. Жильё было хуже, да и сами итальянцы жили беднее австрийцев.
К нашему удивлению поезд с еврейскими беженцами из СССР разгрузили в пригороде Рима, под охраной вооруженных итальянских карабинеров. Нам объяснили, что это делается с целью защитить нас от арабских террористов. Для чего арабским террористам нападать на беззащитных затурканных русских евреев, было совершенно непонятно.
