Распрощавшись с ним, я быстро пошла в указанном направлении. Монашеская одежда могла служить мне маскировкой до тех пор, пока я буду молчать. Как бы ни пыталась я подделать мужской голос, стоит мне только заговорить, и я себя выдам — голос у Луиджины очень нежный. Ношение женщиной мужской одежды в Средневековье было в ряду самых злостных преступлений и стало одним из главных доказательств того, что Жанна д’Арк колдунья и заслуживает смерти на костре. Вызвать подозрение у ночной стражи и отправиться обратно в подвалы инквизиции мне не хочется. Я уже неплохо ориентируюсь в городе и понимаю, что Людовико указал мне самый короткий путь, а они пошли в обход, несмотря на то, что им приходится тащить на себе раненого Никколо. Многие монахи во времена Средневековья не отличались особым благочестием, не блистали умом и не могли похвастаться образованностью, поэтому часто становились героями сатирических новелл того времени. Наверное, Людовико и Никколо в случае встречи с городской стражей будут изображать подгулявших монахов, хотя доминиканский монастырь в Форли известен своими строгими правилами и неукоснительным соблюдением устава. С момента создания Ордена доминиканцев важнейшим направлением его деятельности была подготовка проповедников-миссионеров, которые с помощью слова должны были уметь убеждать язычников в преимуществах католической веры. В инквизиторском трибунале участвовали лишь отдельные члены ордена.
Я быстро шла по улочке, направляясь к кварталу семейства Маркобелли, и тут услышала за собой шум, свидетельствующий о приближении множества всадников. Неужели погоня? Убежать от конных стражников нереально, единственный выход — спрятаться.
Я заметалась в поисках укрытия, и тут судьба мне улыбнулась — мне удалось забраться на крышу конюшни, и я затаилась там. Место некомфортное, но меня там никто не мог видеть. Шум приближался, и из своего укрытия я увидела всадников в полном воинском облачении, словно они собрались на войну. Многие из них держали горящие факелы. Для погони за мной это было слишком. Воины ехали не спеша, так как за ними шла пехота. Враг подошел к городу и эти воины направляются к городским стенам? Но кто напал на Форли?
Неожиданно я заметила Катарину в нагрудной кирасе, а на поясе у нее висела кривая сабля. Похоже, графиня лично руководила этим воинством. Она остановилась рядом с конюшней, на крыше которой я укрылась, и я при желании могла, свесившись вниз, дотянуться до плюмажа на шлеме графини. К ней подъехал статный воин, сидевший в седле как влитой, в котором я узнала начальника гарнизона крепости Равальдино, сеньора Чезаре делла Сколини.
— Сеньора графиня, еще немного, и мы полностью окружим кварталы Маркобелли и Орчиолли. Какие будут приказания?
— Как это какие? Всех уничтожить, от мала до велика! Никого не щадить! — жестко произнесла графиня.
— Простите, сеньора графиня, я не совсем понял ваш приказ. Ведь главные заговорщики уже арестованы и ждут своей участи в подвале замка. Может, достаточно будет арестовать взрослых мужчин и допросить их в замке?
— Я никого арестовывать не намерена. Все Маркобелли и Орчиолли должны быть уничтожены, искоренены. Семь лет тому назад я пожалела женщин и детей семейства Орси, позволила им уйти из города. За это время щенки Орси подросли, обзавелись волчьими клыками и вернулись. Один из них сейчас находится в подвале доминиканского монастыря, я уверена, что он явился сюда для того, чтобы отомстить мне за смерть своего отца-заговорщика. Думаю, что где-то в городе или в предместье скрывается и Людовико Орси, скорее всего, он возглавлял заговорщиков, лишивших меня супруга.
— Сеньор Джакомо Фео был вашим супругом? — удивленно воскликнул воин.
— Да, мы тайно обвенчались в церкви, я получила на это разрешение святейшего Папы. Я не спешила объявлять об этом событии, зная, как будет недоволен дядя, миланский герцог.
— Простите, графиня, может все-таки…
Но Катарина не стала его слушать, а с гримасой неудовольствия выкрикнула:
— Сеньор Альфонсо! Вы мне нужны!
Тот не заставил себя ждать. Появившись, как из-под земли, он боялся даже посмотреть на графиню, вид у него был очень виноватый.
— Вы барджелло города и отвечаете за порядок в нем. Почему в Форли убивают уважаемых людей и происходят смуты?!
— Сеньора графиня, я же не раз докладывал вам, что у меня нет доверия к Барбриано Маркобелли.
— Так почему вы не арестовали его и не допросили с пристрастием? Почему вы не знали о том, что первая фрейлина собиралась меня отравить? Ваша вина очевидна, и вы заслуживаете наказания!
— Только прикажите, сеньора графиня, и я сделаю все что угодно, лишь бы вы не лишили меня своей милости! — взмолился барджелло.
— Вы знаете, как поступают неверные, турки, с жителями захваченного города?
— Вырезают всех до одного, сеньора графиня.
— Я хочу, чтобы так поступили с семействами Маркобелли и Орчиолли, никто из них не должен остаться в живых. И тогда я подумаю о смягчении вашего наказания!
— Я готов, сеньора графиня!
