— Плохие вести! — Дагона, наполнявшая чашу гостеприимства, опустила сосуд с вином на стол, словно увидев нечто зловещее. — Если кроганы встанут на сторону врага… С водной стихией тягаться тяжело… Но кто те Великие, которых Ориас так боится, что пытается любой ценой купить их расположение? Ведь кроганы не из робких, и раньше они были с нами в хороших отношениях… Что, если попробовать выяснить это с помощью сил?..
Эфутур отрицательно покачал головой:
— Пока не надо — только если убедимся, что иначе не узнать. Не забывай, тот, кто ищет, сам может быть обнаружен, и сила на другой стороне может оказаться не меньшей, если не большей.
Оглядевшись, я не увидел Каттеи. Где сестра? Я вопросительно посмотрел на Кайлана. Неужели она избегает меня?
Но Кайлан, уловив мою тревогу, успокоил:
— Ещё вчера мы думали, что тебя нет в живых, и она отправилась на восток; там на окраине Долины есть место, где можно войти в соприкосновение с некими силами, и Каттея хотела с помощью своих колдовских познаний узнать твою судьбу. Сестра была уверена, что ты жив; она так и сказала: — «Если бы Кимок погиб, мы с тобой знали бы об этом».
Опустив голову, я закрыл лицо руками, вдруг почувствовав, что мне необходимо мысленное общение с сестрой, и стал вызывать её, зная, что здесь, в защищённой Долине, это не опасно. Мысль Кайлана соединилась с моей, удвоив энергию призыва.
Я всё усиливал мысленный поток, чувствуя, как одновременно нарастает поток Кайлана… Никакого ответа. Даже если сестра была занята колдовством, это не помешало бы ей услышать нас, и она бы отозвалась. Но мы оба вообще не ощутили присутствия Каттеи, словно вокруг неё снова сомкнулись стены Обители Мудрейших.
Тогда я стал рассылать стрелы мыслей во всех направлениях, но ни одна из них не достигла цели, ибо повсюду была зловещая пустота. Отняв дрожащие ладони от лица, я взглянул на Кайлана и, увидев, как он побледнел, понял, что он тоже охвачен страхом.
— Исчезла! — прошептал брат, и все услышали его в наступившей тревожной тишине.
— Но куда? — это было главным для меня. Когда я вызывал Каттею на озере кроганов, её ответ был слабым и невнятным — между нами лежало огромное пространство, принадлежавшее врагу — и всё-таки мы услышали друг друга. А тут, в защищённой Долине, где нет никаких препятствий, я не мог отыскать её.
Я повернулся к Дагоне:
— Где то место, куда она поехала?
— На восточной окраине Долины, в горах.
В горах!.. Динзиль! Ответ был ясен, словно написан в воздухе огненными рунами. Дагона сразу поняла мою мысль.
— Но зачем? — она не спорила со мной, а искала причину.
— Ну да, зачем? — повторил Кайлан. — Конечно, Каттея не скрывала своего расположения к нему. Но она не отправилась бы к нему вот так, не предупредив меня, и ведь она сказала, что едет узнать твою судьбу.
— Она отправилась к нему не по своей воле, — ответил я, стиснув зубы.
Дагона покачала головой:
— Навряд ли, Кимок. С её способностями никто не выманил бы её из Долины, ведь все ворота защищены.
— Не могла она согласиться…
— Откуда ты знаешь? Мало ли, как её убедили! — сказал Кайлан.
Я повернулся к нему, моё отчаяние перешло в гнев и обрушилось на первого, кто попался под руку:
— Почему ты не поддерживал с ней мысленную связь, почему не узнал, что с ней происходит?
Кайлан вспыхнул от обиды, но сдержался:
— Она этого не хотела; сказала, что должна беречь энергию для колдовства; что хотя она многому обучена, но не давала клятву и не получила Колдовской Камень, поэтому иногда не уверена в себе и должна собрать все силы…
Это было похоже на Каттею; я знал, что брат говорит правду, и всё же… Ведь он мог уберечь её и не уберёг — эта мысль жгла меня огнём.
— Может ли Шил отвезти меня туда? — обратился я к Дагоне.
— Не знаю. Но даже если и отвезёт, что это тебе даст? Ведь ты не защищён от сил, которые там обитают!
— Посмотрим! Я должен попробовать…
Но не успел я договорить, как на плечо Дагоне, пронзительно крича, села птица, извещавшая о какой-то беде. Все вскочили из-за стола и бросились к выходу.
— Кроганка сказала правду! Они идут на Долину, Кимок! — крикнула Дагона.
Так началась осада. Это было тяжёлое время. Хотя все входы в Долину были надёжно защищены магическими знаками, но на мили вокруг тянулись скалы, и вот теперь на них лезли, летели и карабкались всевозможные чудовища. Над скалистой грядой, где мы держали оборону, нависли грозовые тучи, ветер швырял в лицо потоки дождя. Атаковавшего врага скрывал сумрак, вспышки хлопавших боевых кнутов были подчас неотличимы от молний.
Мы отбивали атаку за атакой. Иногда наступала недолгая передышка — ведь и самые жестокие ураганы сопровождаются кратковременными затишьями. А потом неприятель снова обрушивался на нас с удвоенной силой, и всякий раз невозможно было предугадать, когда начнётся следующий штурм.
