Я почувствовал в ней ту же властность, что была в колдуньях Эсткарпа, и бессознательно подчинился. Проницание… Это слово было мне незнакомо. Я решил, что она имеет в виду прорицание – вроде того, что делала Лоскита, а я ничего такого больше не хотел.
Орсия, прочитав мои мысли, помотала головой:
– Нет, я не предсказываю будущее, а раскрываю опасности, которые могут поджидать нас на этой земле. Их здесь много повсюду…
Я огляделся, но ничего не увидел, кроме редких кустов и потока.
– Глазам здесь доверять нельзя, – снова ответила Орсия на мою мысль. – Что бы ты ни увидел, посмотри во второй, в третий раз, но и тогда не верь глазам.
– Наваждения? – догадался я.
Орсия кивнула:
– Да. Темные силы ловко нас морочат. Смотри.
Уперев ладонь в острие жезла, Орсия дотянулась до меня и положила другую ладонь мне на лоб, и я заморгал от изумления. Скала невдалеке вдруг стала бородавчатым серым чудовищем, которое озиралось вокруг и шевелило огромными когтистыми лапами.
– Теперь посмотри на свой меч, – мысленно велела Орсия.
Увидев скалу-чудовище, я, должно быть, невольно схватился за рукоять меча. На блестящем металле рдели руны, словно написанные свежей кровью на неизвестном мне языке.
– Наваждение? Или действительно чудовище? Тогда почему же оно на нас не нападает?
– Потому что нас тоже скрывает наваждение.
Орсия отняла ладонь от жезла, и я снова увидел скалу.
– Пока мы вместе, ты защищен… – Она помедлила. – Но я могу идти с тобой только там, где есть река или хотя бы ручей. Мне нельзя долго без воды. Так что последнюю часть пути ты проделаешь один.
– Тебе незачем идти со мной, – сразу ответил я. – У тебя есть средство обезопасить себя. Оставайся здесь…
Я хотел сказать: «Оставайся здесь, пока я не вернусь», но вспомнил, что на возвращение особенно рассчитывать не приходится. Мои поиски касались только меня, и я не хотел ничем связывать Орсию.
Казалось, она не слышала моих слов, рассматривая свой жезл.
– Меч будет предупреждать тебя об опасности. Не в моей власти прочитать его историю: моя магия связана с водой и немного с землей, по которой она течет. Но от народа к народу кочуют легенды. Ты видел, при приближении зла на этом мече выступает кровь. Когда мы расстанемся, он послужит тебе как пробный камень: с его помощью ты узнаешь правду о том, что увидишь. Прекрасное может казаться отвратительным и опасным. То, что кажется отвратительным, может быть безобидным. Не полагайся на зрение. А теперь идем – уже утро.
– Там… эта тварь… – Я поднялся на ноги с мечом в руке, готовый к тому, что скала вот-вот превратится в чудовище.
– Это, наверное, страж. – Орсия снова обмотала жезл шарфом Каттеи. – Дай мне руку и потихоньку иди за мной в воду. Он может почуять нас, но не увидит.
Я не сводил глаз со скалы, опасаясь, что, пока вижу неподвижное наваждение-скалу, то, что скрывается за ним, может подкрасться к нам.
– Не думай об этом, – велела Орсия. – И не будем больше пользоваться мысленным контактом: хотя эти твари нас не поймут, но они чутко на него реагируют.
Держась за руки, мы вошли в поток. Как и в туннеле, мы шли против сильного течения, по колено в воде. Я держал перед собой обнаженный меч, следя за его поверхностью. Пока мы проходили скалу, руны рдели, а потом стали бледнеть и исчезли.
Во второй раз они появились не скоро. Теперь опасность была видимой: на уступе скалы сновали маленькие суетливые фигурки – фасы! Они, притаскивая в корзинах землю и камни, высыпали их и бежали назад. Орсия сжала мои пальцы, и я почувствовал, что ее захлестнула волна отвращения.
За выступом мы снова увидели занятых работой фасов. Они строили дорогу, ведя ее над обрывом. Среди них виднелись какие-то люди в шафранно-желтых плащах, державшие в руках не мечи, а палки. Они, очевидно, руководили работой, направляя фасов туда-сюда и заглядывая в какие-то свитки – наверное, карты и чертежи. Для чего нужна была эта дорога, оставалось для меня загадкой, я понял только, что это строительство имело для врага большое значение.
Отпустив на мгновение мою руку, Орсия поднесла палец к губам, и я понял, что ее предупреждение о необходимости молчать относится и к мысленному контакту. Она тут же снова сжала мою руку, словно оказаться порознь даже на мгновение было слишком опасно.
В отдалении множество фасов работали на берегу, некоторые громоздили посреди потока опору из камней, входя в воду с откровенной неохотой; их подгоняли двое в шафранных плащах. Пройти мимо них по воде было, как мне казалось, невозможно.
Я указал острием меча налево. Окинув взглядом левый берег, Орсия кивнула. Мне казалось, что, идя по воде, мы плеском неминуемо привлечем к себе внимание. Но мы достигли противоположного берега незамеченными.
