– На пространстве между нами и Долиной повсюду расползлись силы Тьмы. Они ждут приказа наступать.
– Как же мы пройдем в Долину?
– Не знаю. Надо бы искать глубокие места, но ведь ты не можешь долго плыть под водой.
– Если надо, я готов. Веди меня, – решительно ответил я.
Она явно колебалась. Но после дальнейших переговоров с мерфеем кивнула:
– Ну что ж, придется.
Однако не успели мы добраться до «глубоких мест», как, откуда ни возьмись, нас с разных сторон окружила, судя по волнам, целая стая мерфеев. Поверхность воды вокруг Орсии, можно сказать, закипела. Я различил тонкие, едва уловимые крики, должно быть издаваемые с большой силой, если они достигали моего слуха.
– Что случилось?
– Они говорят, что приближаются мои сородичи…
– Значит, кроганы присоединились к Темным силам?
– Нет, они все еще надеются, что смогут остаться в стороне, если откупятся жертвой от тех, кого так боятся. И эта жертва – мы с тобой. Они знают, что мы идем по этому потоку.
– Ты можешь спрятаться. Мерфеи, конечно, покажут тебе надежное место. А я пойду дальше по суше. – Я горел нетерпением поскорее попасть в Долину.
Орсия, казалось, не слышала меня. Она снова повернулась к мерфеям и что-то прощебетала.
– Пойдем. – Она двинулась вниз по течению в окружении невидимых мерфеев, которые, судя по следам на воде, выстроились по обеим сторонам от нее в качестве эскорта.
– Но как же? Ведь ты сказала…
– Тут неподалеку есть обходной путь, частично он идет под землей…
– Через пещеру со склепом?
– Нет, это внешняя часть той системы переходов. Она тоже неизвестна моим сородичам.
Вскоре мерфеи поплыли быстрее и оставили нас далеко позади. Орсия остановилась и взяла меня за лапу:
– Они постараются отвлечь от нас внимание. Мои сородичи не знают этих мест и послушают мерфеев. Теперь – сюда!
Она отпустила мою лапу и раздвинула свисающие в воду ветви кустов. За ними открылся мелкий ручей, текущий в расщелине, обильно поросшей вверху кустами. Мы на четвереньках поползли по ней, ветки хлестали по лицу. Ручей впадал в озерцо, Орсия остановилась:
– Вход под водой, надо нырять.
– Сколько придется плыть под водой?
– Для тебя – долго, но другого пути нет.
Я покрепче привязал меч к поясу, снял теплую куртку, которую дала мне Каттея, свернул ее и запрятал под корни кустов – она тут же рассыпалась ворохом желтоватого тростника. Я вдохнул полные легкие воздуха и нырнул.
И снова этот кошмар, и вся надежда – на спасительную руку Орсии, направляющую меня за плечо. Наступил момент, когда я почувствовал, легкие вот-вот лопнут, и тут голова моя вынырнула из воды, и я стал жадно дышать. Вокруг царил непроглядный мрак, но из него пришел мысленный голос Орсии:
– Ну вот, все в порядке.
Она подтолкнула меня вперед, и я медленно поплыл – тяжелый меч тянул меня вниз. В темноте трудно оценивать расстояние – не знаю, сколько мы проплыли, но это был долгий и утомительный путь. Наконец мы, словно через дверной проем, выплыли в сумрачную пещеру и увидели в стене, совсем невысоко над нашими головами, расщелины, через которые проникал свет.
До них нетрудно было добраться, и мы вылезли наружу. Вокруг громоздились скалы; внизу, в слабых отсветах заката, простиралась равнина, на которой выстраивалось войско: обходной путь вывел нас прямо к врагу.
Я не узнавал открывшуюся перед нами местность и не мог определить, была ли она частью Долины.
– Вряд ли они уже вступили в Долину, – отозвалась Орсия. – Смотри…
Справа, совсем недалеко от нас, был уступ, на нем стояли какие-то люди. Я разглядел обмотанную зеленым голову:
– Каттея!
– И Динзиль, – указала Орсия на фигуру в плаще, возвышавшуюся рядом с сестрой. – А вон и предводитель сарнов, да и другие – тоже важные птицы. И… ты чувствуешь, Кемок? Они колдуют.
И верно, в воздухе чувствовалось какое-то дрожание, напряжение, он словно был насыщен некой энергией, которая все нагнеталась. Однажды мне уже довелось испытать что-то подобное в ночь, когда колдуньи Эсткарпа готовились нанести решающий удар по армии Карстена, двигавшейся из-за гор с юга. При этом казалось, как будто нечто неуловимое высасывает из тебя жизненные силы, все нарастая и нарастая.
– Они хотят нанести мощный удар и потом гнать ваше войско вглубь Долины.
Но объяснения Орсии были излишни, я и сам все понял. Хуже того, я уловил, что, колдуя, Каттея мысленно призывает – не меня, а Килана! Теперь она безраздельно принадлежала Тьме и направила наш врожденный Дар на то, чтобы использовать брата как ключ к Долине.
Тогда я понял настоящий смысл предсказания Лоскиты: поистине, лучше Каттее умереть, и мне назначено судьбой убить ее.
– Оставайся здесь! – велел я Орсии и пополз по скале, чтобы незаметно подкрасться к уступу сверху.
На это не потребовалось много времени. Распластавшись на вершине скалы, я заглянул вниз. Они были настолько поглощены своим занятием, что, наверное, не заметили бы меня, даже если бы я открыто спустился к ним.
Я встал во весь рост, снял с пояса меч и направил его на сестру. Всю тайную мудрость, известную мне, я сосредоточил в призыве, который послал вперед ударом молнии.
