Саймон сел на койке лицом к двери. Оружия у него не было, но он имел опыт рукопашных схваток. Как только открылась дверь каюты, он сразу же понял, что снова больше не владеет своим телом, как и перед посадкой в лодку. Им опять распоряжались колдеры. По чужой воле он медленно поднялся и вышел в узкий коридор.
Здесь стояли двое мужчин и, взглянув на них, Саймон не смог подавить невольной дрожи: это были «одержимые»-мертвецы, которых колдеры использовали в качестве рабов, хотя на самом деле они оставались живыми. Один, судя по его волосам, росту и стати, был салкароы другой принадлежал к тому изжелта-смуглому народу, что и тот офицер, который сопровождал Саймона на лодку.
Они не дотронулись до него, молча стояли и ждали, устремив на него безжизненные взгляды. Потом один из них повернулся и пошел к выходу, другой прижался к стене, пропуская Саймона, а затем двинулся вслед за ними. Вот так между ними он подошел к трапу, поднялся на поверхность субмарины.
Над головой у него был скалистый грот. Вода тихо билась о причал. Саймону сразу же бросилось в глаза сходство между этой гаванью и гаванью Сипиара. Все еще повинуясь чужой воле, Саймон спустился на берег по узенькому трапу.
На пристанц, молча, работали люди. Полураздетые, угрюмые, они не разговаривали между собой, а только ворочали какие-то тяжелые ящики, освобождая место. Казалось, каждый точно знал, что. именно он должен делать и как это делать быстрее всего. Пристань была довольно, большая, и Саймон заметил еще две субмарины. Именно их и разгружали угрюмые рабочие... Перед ним открылись два выхода из грота. Слева Саймон увидел туннель и ведущую наверх лестницу. Пять ступенек наверх, и они очутились перед кабиной подъемника. Как только они вошли внутрь, кабина медленно поползла вверх — это был лифт, какой Саймой уже видел в Сиппаре. Поднимались очень долго, дверь кабины скользнула влево, и они очутились в узком коридоре. Скользкие серые стены с металлическим блеском, ряд закрытых дверей. Они прошли мимо шести, по три с каждой стороны, и увидели распахнутую дверь. Саймону все здесь было знакомо, но по Сиппару. Он ожидал увидеть нечто подобное и здесь: сидящего на стуле перед пультом управления колдера с металлической шапкой.
Но эта комната была намного меньше того зала. Резкий луч света бил прямо в середину комнаты с потолка. Ковров на полу не было, но тем не менее он пружинил под ногами Саймона. Были три стула с изогнутыми спинками. В центре комнаты стоял настоящий колдер.
Охранники Саймона не вошли в комнату, но та же самая сила, которая заставляла его двигаться все это время, вынудила его сделать несколько шагов вперед и остановиться перед колдеровским офицером. Серый костюм чужеземца был такого же цвета, что потолок, стены и стулья. Лицо колдера было мертвенно бледным, голова прикрыта шапочкой и, насколько Саймой сумел разглядеть, волос под ней совсем не было.
— Наконец-то ты здесь!
Язык был чужой, но Саймон почему-то все понял. Смысл сказанного удивил Саймона. Можно было подумать, что разговаривают не тюремщик и осужденный, а два человека, заключившие договор. Им оставалось только встретиться, чтобы прийти к обоюдному согласию. Из осторожности Саймой решил молчать — пусть лучше говорит колдер.
— Тебя прислали торы? — Нол дер продолжал рассматривать Саймона.— Но ты не из их мира? — Недоверие, сначала появившееся во взгляде колдера, сменилось неприкрытой враждебностью.— Кто ты такой?
— Саймон Трегарт.
Колдер продолжал смотреть на него, сощурив глаза.
— Ты не из туземцев Г — Это было утверждение, а не вопрос.
— Нет.
— Значит, ты пришел извне. Я спрашиваю тебя — кто ты такой?
— Человек из другого мира, возможно, что из другого времени...
Саймон не видел причины скрывать правду, возможно, это вызовет у колдера интерес.
— Из какого мира и какого времени?
Саймон отвечал:
— Я из своего мира и своего времени. Я не знаю, в каком отношении они стоят к вашим миру и времени. Просто мне открылся путь сюда, и я пришел по нему.
— Зачем ты. это сделал?
— Чтобы скрыться от своих врагов... Точно так же, как ты и тебе подобные,— он добавил это мысленно.
— Была война?
— До этого была война. А я солдат и никому не нужен в мирное время. У меня были враги...
— Солдат... — Колдер снова смерил Саймона взглядом.— А теперь ты сражаешься на стороне этих колдуний?
— Сражаться — моя профессия. Я поступил к ним на службу.
— Но ведь это туземцы-варвары, а ты — цивилизованный человек. О, не удивляйся. Разве трудно узнать себе подобного. Мы тоже солдаты, и наша война принесла нам поражение. Правда, в конце концов, победа осталась за нами, раз мы очутились в этом мире и обладаем всем, что необходимо, чтобы этот мир стал принадлежать только нам! Подумай об этом, пришелец? Целый мир будет у нас в руках.— (Ун протянул руку, и пальцы его хищно сжались в кулак.— Он будет к нашим услугам! Эти туземцы не смогут бороться с тем, что есть у нас. И... — Помолчав, он добавил, подчеркивая каждое слово,— нам может пригодиться такой человек, как ты.
— Поэтому я пленен и доставлен сюда? — спросил Саймон.
