— Их нет, миледи. И если это па самом деле заброшенный путь, то мы не сможем идти дальше. Водоросли эти сначала образуют пустынные островки, потом целые полосы, а дальше они уже собираются в такую плотную массу, что судну сквозь нее не пробиться. Раньше водоросли не были такими плотными и опасность в них тоже не таилась. Теперь даже по виду они напоминают кровь и наводят на мысль о смерти!
— Откуда же стало известно про эти острова, если никто не может проникнуть за водоросли?
— Сначала об опасности не подозревали, а однажды из этих водорослей выплыл корабль с умирающей командой на борту. И те, кто пытался помочь команде, тоже погибли. Вот так мы и узнали обо всем, леди. Если колдеры и в самом деле устроили себе такие заграждения, то мы не сможем с ними справиться, если не придумаем какой-нибудь план.
Плавучие водоросли... Джелит пришлось поверить морякам па слово, что они опасны. Ведь салкары отлично знали свое дело. Джелит стиснула голову руками, она больше не видела волн, не замечала водорослей. Саймон! Саймон на базе колдеров, за этими водорослями, он вызывает ее...
— Саймон,— взволнованно ответила она.— Между нами опасность.
— Остановись! Не рискуй!
Между ними внезапно возникла преграда... Глухая стена, сквозь которую она не могла пробиться, несмотря на отчаянные усилия... Занавес колдеров. Знают ли они об их контакте или это обычная предосторожность?
— Саймон!
Джелит мысленно выкрикнула это имя и, открыв глаза, удивилась, что ее на палубе никто не услышал.
— То, что мы ищем, лежит за этими водорослями! — сказала она, мрачно указывая на горизонт.— И, возможно, они уже знают, что мы идем по их следу...
— Капитан, водоросли!
Это крикнул не Джокуль, а марсовый, не спускавший глаз с моря. На волнах уже качались кроваво-зеленые нити, они медленно ползли к кораблю, словно намереваясь охватить его кольцом. Стимир закричал, приказывая дать задний ход, отступить. Джелит бросилась к большой клетке, стоящей на палубе. Белый сокол приветствовал ее радостным клекотом. Она подставила ему руку, и птица тяжело вылетела из клетки. Джелит постаралась унять колотившую ее дрожь и осторожно нащупала на ноге птицы крохотный стерженек, в который был вмонтирован запоминающий аппарат — последнее изобретение сокольничьих, их великая гордость и тайна. Птица без труда могла нести этот аппарат во время дальних перелетов, а он регистрировал курс и путь, совершаемый соколом. Джелит затаила дыхание, нажала ногтем большого пальца на едва заметный выступ на стерженьке, кодируя сообщение о кровавых водорослях — сокольничьих потом расшифруют ее сообщение. Сделав это, Джелит поднесла птицу к борту, все время тихонько с ней разговаривая. Джелит не знала секретов ремесла сокольничьих — они скрывали их даже от своих союзников — и поэтому не могла бы сказать уверенно, что птица понимает слова... Ведь неизвестно, на самом ли деле эти птицы так разумны или же просто отлично выдрессированы... Но, во всяком случае, это был единственный шанс сообщить об опасности,
— Лети вперед, лети быстро, крылатый! — Она провела пальцами по голове птицы.— И твой час настал!
Сокол с криком взмыл в поднебесье, сделал над кораблем круг и помчался, как стрела, к давно исчезнувшей из вида земле. Джелит снова бросила взгляд на море. Водоросли подбирались все ближе, к кораблю и угрожающе смыкались кольцом. Без сомнения, в этом было что-то неестественное: сами по себе водоросли не могли себя так вести, в этом Джелит была совершенно уверена! О, если бы только у нее был при себе ее колдовской камень! С помощью этого магического кристалла иногда удавалось совершать многие, даже недоступные простому воображению, дела. Но у нее не было камня, а то, чем она собиралась воспользоваться, совсем иная сила. И вряд ли она ей сейчас поможет. Джелит судорожно вцепилась в поручни и, сама того не замечая, зашептала слова самого простого заклинания, которому ее учили в детстве:
— Воздух и земля, вода и огонь...
Огонь — антипод воды. Огонь сушит воду, и вода гасит огонь. Огонь... слово билось в ее мозгу, словно ища выход на свободу. И Джелит ощутила знакомое биение, как и в прежние времена, знака, которого с нетерпением ждет каждая колдунья... Огонь!
— Капитан! —она повернулась к Стимиру.— Масло... есть у тебя на корабле масло?
Выражение его лица изменилось, словно он видел перед собой истеричку, но она не обратила на это внимания.
— Водоросли... Они будут гореть!
— Гореть? На воде? — Он хотел что-то сказать, ко передумал.— Морское масло — огонь! — Мозг его работал быстро, как у человека, который привык принимать мгновенные решения.— Нет, леди, я не знаю, будут ли они гореть, но можно попробовать! Алавин, Джокуль, тащите сюда кожаные мешки, три мешка с маслом!
На паЛубу вынесли три мешка с густым маслом, отжатым из глубоководных растений. Им пользовались, чтобы уменьшать волны во время штормов. Капитан собственноручно сделал надрезы на мешках. Их спустили за борт, и за быстрым судном сразу же потянулся жирный след.
