Слова, обращенные к нему, на этот раз прозвучали не из воздуха: их произнес некто, стоящий рядом с человеком, находившимся в центре. Он смотрел на Саймона, на его плоском лице отразилось сначала нетерпение, а потом уверенность, что Саймон чужой, он не из их числа. Саймон рванулся вперед. Он не надеялся добраться до второго стола, но один из сидевших у машины, оказался в пределах досягаемости. И он нанес ребром ладони удар, который мог переломить кость. После этого, держа пострадавшего как щит, Саймон попятился к стене, надеясь пробиться к выходу. К его изумлению человек, первым заметивший его, не сделал попытки помешать ему. Он только медленно повторил на языке континентальных жителей:
— Возвратись в свою камеру и доложи контролеру.
Саймон продолжал пятиться к выходу. Один из соседей его жертвы повернул изумленное лицо к Саймону, а затем с тем же удивлением взглянул на офицера у стола. Ясно было, что он ожидал немедленного и беспрекословного повиновения Саймона.
— Возвратитесь откуда пришли, немедленно!
Саймон рассмеялся. Результат был удивительным. Все кол-деры, за исключением человека в шапке, который ничего не видел, вскочили. Те, что стояли у длинного стола, смотрели на троих в центре, как бы ожидая приказа. И Саймон подумал, что если бы он закричал или просто испугался, они знали бы что делать. Его реакция на приказ поставила их в тупик. Человек, отдавший приказ, положил руку на плечо своего товарища в шапке. Его жест выражал тревогу. Сидящий открыл глаза и нетерпеливо оглянулся. Он посмотрел на Саймона как на привидение. Саймон почувствовал сильный удар. Его нанес кто-то невидимый. Этот удар прижал Саймона к стене, он не мог дышать. Тело, которое он использовал как защиту, выскользнуло из рук. Если он останется стоять под давлением, и ничего не предпримет — он погибнет. Знакомство с магией Эсткарпа обострило его разум. Он сообразил, что сила, давящая на него — это излучение чужого мозга и сопротивляться ей можно только силой разума. Он был недостаточно знаком с колдовством Эсткарпа и не мог его использовать. Но у него была могучая воля, и он всю ее сосредоточил, и заставил себя поднять руку. Рука, прижатая невидимой тяжестью к стене, двинулась. Напрягая мышцы и волю, Саймон заставил себя двинуться к выходу... Тень удивления скользнула по широким лицам под шапками. Неужели они способны удивляться?
То, что сделал Саймон дальше, не было сознательным решением. И не Саймона воля заставила его поднять руку на уровень сердца. Как загипнотизированный, он начертил в воздухе знак между собой й фигурой в шапке. В третий раз он видел этот знак. В прошлые разы его чертила рука колдуньи, и знак горел лишь короткое время. Теперь он вспыхнул снова ослепительным белым светом. И в тот же момент Саймон получил возможность двигаться! Давление ослабло, и Саймон побежал к двери, надеясь скрыться. Но сделать это ему не удалось. Навстречу показались вооруженные люди. Ошибиться было невозможно: это были рабы Колдера, и только убив их, он сможет прорваться. Они приближались молча, и само их молчание таило смертельную угрозу. Саймон быстро принял решение и двинулся им навстречу. Прыгнув вправо, он схватил первого за голень и что было силы бросил его на пол. Гладкая поверхность пола оказала ему неожиданную услугу. Толчок заставил Саймона вместе со сбитым человеком прокатиться по полу. Саймон ударил врага ножом и почувствовал, что лезвие прошло рядом с ребром. Солдат упал, и Саймон выхватил у него из-за пояса самострел. Он успел вовремя выстрелить, и удар мечом, нацеленный на него, пришелся в раненого солдата. Это дало ему время, чтобы справиться с третьим, последним противником.
Вооружившись двумя самострелами, Саймон двинулся дальше. К счастью, коридор кончался незапертой дверью и лестницей. Лестница спускалась вдоль стены. В начале лестницы был узкий проход. Точно такой он уже встречал в крепости Эсткарпа. По-видимому, хотя начинка этого странного сооружения была вполне современной, внешняя ее часть была древней и строилась в давних традициях. Саймон дважды укрывался, приготовив самострел, когда мимо проходили отряды измененных колдерами людей. Он не мог понять, объявлена уже общая тревога или солдаты совершали обычный обход. Они шли безостановочно и не заглядывали в укрытия. В коридорах с искусственным освещением исчезало чувство времени. Саймон не знал, день сейчас или ночь, он не мог представить себе, сколько времени он находился в крепости колдеров. Но он остро ощущал опасность, и еще его мучили жажда и холод. На нем была легкая верхняя одежда. И ноги его были босы. Если бы хоть немного ориентироваться в этом многоэтажном лабиринте, из которого он должен выбраться. Где он? На Горме? Или в том мифическом городе Айле, который колдеры основали на берегу? Или на тайной базе захватчиков? В том же, что это важное место, он был уверен.
