– А по-моему, это очень любопытно. – Озирис Вард склонился над трупом с развороченной грудью, потыкал в рану и растер кровь между большим и указательным пальцем. – После убийства Мерсера Домициана мне пришлось тратить время попусту, создавая простейшие механизмы, способные имитировать жизнь с помощью шестеренок, клапанов и пара. Механизмы больше ни на что не способны, они – безмозглые копии. Гораздо интереснее совмещать живой организм с механическими устройствами, стремясь к их гармоничному слиянию. – Озирис обвел всех горящим взглядом. – Мне хотелось бы тщательно исследовать эти трупы. К сожалению, меня давно уже лишили возможности изучать свежие человеческие образцы.
Каира замялась:
– Их смерть была печальной необходимостью, однако с ними следует обращаться уважительно и, по обычаю, вложить им в рот раковины.
– Когда мы с тобой начали сотрудничать, ты пообещала снабжать меня любыми материалами, необходимыми для моих исследований. Теперь самое время сдержать свое обещание, императрица.
Каира брезгливо поморщилась:
– Что ты намерен с ними делать?
– Мы не договаривались, что я обязан раскрывать тебе свои исследовательские методы.
– Что ж, – вздохнула она. – Забирай.
– Твоя щедрость не знает границ, – обрадованно сказал Озирис Вард. – А теперь пройдем на палубу.
Труп Актуса Шипа распластался на большой карте Терры. Кровавые пятна усеивали нарисованные страны и какие-то поспешно накорябанные вычисления. Хотя генерал и погиб в доспехе, его нагрудная пластина не взорвалась, в отличие от остальных.
У него было перерезано горло.
В темном углу что-то шевельнулось. Вира, оттолкнув Каиру за спину, стремительно выхватила Овару и метнула кинжал в тень. Клинок со звоном отскочил от металлического наруча. Вира обнажила Кайсу и приготовилась отразить нападение.
– Децимар!
Лучник вмиг натянул тетиву и нацелил стрелу в противника.
– Нет-нет, все в порядке, – сказал Озирис, встав между Вирой и неизвестным. – Подойди к нам.
Из сумрака выступил человек в черных доспехах и с алым боевым раскрасом на щеках. Вира увидела знакомое лицо и патлы с серебряными кольцами. Наемник из отряда Змиерубов, который помог ей украсть драконье масло.
– Гайл!
– Ага. Вот, значит, как вы встречаете старых друзей по оружию? – Он потер руку, отразившую бросок кинжала; на стальном наруче виднелась глубокая вмятина, которую кузнецу придется выправлять несколько часов. – О боги, ну ты и сильна! Хорошо, что у меня рефлексы как у кота, а то ходил бы с рассеченной мордой.
– А почему ты в боевом раскрасе Змиерубов? – спросил Озирис, указывая на алые разводы на щеках Гайла.
– По приказу Вергуна.
– Ах да, он же любит зрелищность. Впечатляет. Надеюсь, все прошло по плану? – осведомился Озирис, склоняясь над трупом Актуса Шипа.
– Да, как ты и предполагал. Мы не смогли добраться до Шипа во время полета, но, как только начали взрываться нагрудные щитки, все пошло как по маслу. Мы выпустили из него кровушку. – Гайл жестом изобразил, как перерезывают горло.
– А почему у Шипа не взорвался нагрудник? – спросила Каира.
– Наш глубокоуважаемый покойный премьер был очень упрямым и своенравным человеком. Он заставил всех солдат надеть доспехи нового образца, но сам их носить отказался, потому что не пожелал расстаться с нагрудным щитком, в котором тридцать лет назад отправился в Альмиру во время баларского вторжения. Ну, это его не спасло. Со старомодным упрямцем расправились по-старомодному, – сказал Озирис.
– Мы украдкой забрались в неболёт и напали из-за угла, – ухмыльнулся Гайл. – Все, как я люблю.
– Да, грязная работенка, – сказала Каира. – Точно так же, как и перестрелять безоружных баронов на пиру. – Она окинула всех взглядом. – Однако же и то и другое было необходимо.
– Согласен, – с поклоном сказал Озирис. – Сейчас в твоем распоряжении двадцать девять неболётов. Я готов предоставить тебе аколитов – на время, пока мы не обучим контингент преданных тебе воинов. И что ты будешь делать со своей армадой?
– Я ее разоружу.
– Почему? – спросил Озирис Вард, впервые выказывая непритворное удивление.
– Я не желаю следовать тем путем, который проложил мой отец, Мерсер и все остальные правители Терры. Все знают, куда он ведет. Весь мир в огне, и я не стану еще больше раздувать этот костер. На неболётах не должно быть ни бомб, ни лучников – и вообще никаких средств разрушения. Летучие корабли – не военные фрегаты, а провозвестники мира и благоденствия во всей Терре. – Каира обернулась к Вире. – Первым делом мы объединим Альмиру. Потом заключим торговые соглашения со всеми государствами Терры. Я уверена, что правителем Баларии станет кто-то из моих знакомых. Окину, императрица Папирии – моя тетя. У меня все получится. – Помолчав, она добавила: – Я исправлю все то, что разрушила, сбежав из замка Мальграв к Ганону.
Озирис затеребил пряди жиденькой бороденки.
