Как и в саду Касамира, все трубки сходились вместе, только не на металлическом помосте, а у какого-то искореженного дерева, с виду алебастрового – из перекрученного согнутого ствола во все стороны торчали десятки тонких ветвей, покрытых ярко-синей и алой листвой, трепещущей во влажном воздухе. Среди листвы ползали бледные саламандры.
Эшлин обошла дерево, пытаясь определить его род и вид, но внезапно остановилась.
Это было не дерево, а женщина.
В стволе вырисовывались очертания бедер, груди и ключиц. Лицо с папирийскими чертами: маленький нос, черные волосы и темные овальные глаза, глядящие прямо на Эшлин. Живой взгляд.
– Красиво, правда? – произнесла женщина по-папирийски.
Эшлин отшатнулась.
– Извини, – продолжила женщина. – Да, весьма пугающее зрелище.
Эшлин заставила себя успокоиться. Надо было изучить женщину во всех подробностях. С ней что-то произошло, но это было явно не заражение грибными спорами, как у других жутких созданий на острове. Тело женщины претерпело совершенно невероятные изменения. Кожа побелела, стала гладкой, как окаменелая древесина, и покрылась голубыми соцветиями. По изгибам торса расползались тонкие корешки и мох. Из плеч и спины торчали отростки наподобие ветвей, довольно изящные. Все это выглядело естественно, но очень странно, хотя совершенно не напоминало уродливые наросты на теле великана-грибовика. Однако же с ней сделали нечто неестественное. Часть торса хирургически удалили, заменив серым металлическим сплавом. Из культи на месте обрубленной левой руки свисали замшелые плети лиан, будто кровеносные сосуды.
– Кто ты? – спросила Эшлин.
– Гайя, – ответила женщина. – Впрочем, не знаю, можно ли еще называть меня этим именем. Он всегда называл меня Образец восемьдесят восемь.
– Он? Озирис Вард? – догадалась Эшлин.
– Да.
– Как давно ты здесь?
– Не знаю, когда именно он взял меня в плен, но с тех пор, как он покинул остров, прошел тридцать один год, сто три дня и одиннадцать часов. – Она улыбнулась. – Чтобы скоротать время, я считаю удары своего сердца. Больше мне нечем заняться.
– Мне очень жаль, что…
– Сожаления бесполезны, – сказала Гайя. – А ты кто?
– Эшлин.
– Имя не папирийское, а вот черты лица папирийские.
– Моя мать родом из Папирии, а отец – альмирец.
– И как же ты, полукровка, попала в подземелье?
– Окину велела мне разузнать, что происходит на острове.
– Да, по приказу всевечной императрицы многие пытались остановить кошмарные исследования Озириса Варда. – Гайя помолчала. – Прошло так много времени. Окину называла меня своей последней надеждой. А я не оправдала ее ожиданий.
– Ты вдова?! – сообразила Эшлин.
Женщина кивнула:
– Я была лучшей из лучших. Но на этом острове, во владениях Озириса Варда, я была бессильна. Против него никто не выстоит. Все мы – мошкара, увязшая в его безжалостной металлической паутине.
– Я читала его заметки. Он называет тебя ключом ко всему. Ты знаешь, что это означает?
– Он с большим интересом следил, как изменяется мое тело. Именовал эти изменения расцветом. Но не объяснил, с чем это связано. Утверждал, что я – аномалия. Своего рода завязь. В общем-то, оно и верно – все живое в этой пещере произрастает из моего тела.
Ноги Гайи вросли в землю. Среди необычной листвы темнел зеленый мох с голубыми цветами. Только сейчас Эшлин сообразила, что все это означает. В темноте, испугавшись дракона, она не сразу поняла, где оказалась. А может быть, потому, что растительность здесь была не такой буйной, но с точки зрения экологии ошибки быть не могло. Из тела Гайи рос божий мох.
– Это драконье логовище.
– Да. Чахлое, но логовище.
– Озирис вызвал все эти изменения в твоем теле?
– Не совсем.
– Тогда объясни мне, пожалуйста. Во всех подробностях. С самого начала.
– А какая теперь разница?
– Озирис Вард жив и распространяет свою кошмарную деятельность по всей Терре. Я приехала на остров, чтобы его остановить.
Гайя нерешительно произнесла:
– Ты не вдова. И не воин. Почему ты считаешь, что сможешь сделать то, чего не удалось всем нам?
– Вы пытались остановить его грубой силой. По-своему. – Эшлин коснулась руки Гайи. – А я могу остановить его, пользуясь его же методами. Но для этого мне нужно кое-что узнать. Разобраться в его исследованиях. Расскажи, что здесь произошло. Чем больше я уясню для себя, тем сильнее стану.
Гайя заморгала:
– Окину прислала сюда двенадцать человек: меня и одиннадцать воинов. Все – отличные бойцы, закаленные в сражениях. Мы прибыли на остров, увидели искалеченную природу, реки со ржавой водой, дохлых грызунов. Выжженный лес. Поняли, что предыдущие отряды Окину потерпели поражение.
– Почему?
– Мы нашли трупы, пронзенные арбалетными болтами. А некоторые тела обросли странными грибами и превратились в… демонов. Они двигались. Их руки были ободраны, мышцы разорваны. Их явно заставили заниматься тяжелым трудом – мы не знали, каким именно, пока не обнаружили крепость.
– Полигон.
